— Правда?
— Правда. Заслужила.
У меня внутри что-то сжимается. Заслужила. Словно собака.
В подвале сыро и прохладно. Бетонный серый пол ничем не покрыт, периодами встречаются лужи с затхлым запахом. Вентиляция тут ни к черту.
Несколько комнат отделены от остальной части коридора решеткой. Как в тюрьме.
Дэм сидит у стены и даже не обращает внимания на шаги, на нас. Даже больше, отворачивается.
Матрас действительно новый.
Одеяло тоже.
Спасибо…
Господи.
Я благодарна человеку, который держит его в клетке.
— Дэмиан, — зову я.
— Рыжая… — поднимает голову. Увидев меня, сразу хмурится: — Привет.
Я присаживаюсь рядом с решеткой.
— Как ты?
— Нормально.
Врет. Вижу, что врет. Под глазами синяки. И кашляет.
— Температура была?
— Не знаю, — буркает он.
— Дышать больно?
Он закатывает глаза.
— Началось. Живой я. Что станется-то.
Я смотрю на Макса, который стоит в стороне и скалится, слушая наш диалог.
— Ему надо курс закончить. Пришлю нужное, пусть проследят, чтобы пил.
Не прошу, чтобы перевели, где потеплее и посуше — бесполезно. Дэм недовольно шипит, Макс откровенно ржет, но обещает. Все обыденно и страшно.
20.
Просыпаюсь от холода. Продрог так, что быстро очухиваюсь от сна. Спина болит, и кашель такой, что хоть сдохнуть.
Твою мать.
Несколько секунд тупо смотрю в потолок. Потолок серый, весь в трещинах. И на стене трещины. И воняет… страсть.
Значит, не приснилось. Я-то думал, бред опять. Когда от рыжей ушел, побродил под дождем и к приятелю подался. А там по накатанной: жратвы нет, зато пойла дерьмового залейся. Мне согреться надо было — кашель заебал. Я и согрелся. Там меня Максовы придурки взяли. И теперь вот.
Клетка.
Переворачиваюсь на бок. Спина ноет. Плечо затекло. Во рту такая дрянь, будто нажрался пепла. Кашель опять подкатывает к горлу, но я его давлю. Не хватало еще этим уродам концерт устраивать.
Сажусь.
И только теперь замечаю.
Матрас рядом лежит, не та тряпка, на которую накануне меня швырнули.
Матрас нормальный. И одеяло. Блядь, толстое такое, нормальное одеяло. И теплое.
Несколько секунд просто смотрю на него.
Потом тихо усмехаюсь. Блядь… Рыжая что ли постаралась? Больше некому. Не Сайлас же обо мне подумал. Вот ведь дура…
Лучше бы себе что-нибудь выпросила.
Дни здесь одинаковые.
Проснулся.
Пожрал.
Посидел.
Поспал.
Опять пожрал.
Опять сел.
Иногда охранники меняются.
Иногда приходит Броди. Подкалывает. Понимаю, что хочет вывести меня на драку. Только какая драка, раз я в наручниках. Терплю и запоминаю. Мало он от меня получил.
Еще Макс стал захаживать. Эта пантера ебучая еще хуже Броди – Макс любит поговорить.