В Москве всё было по‑другому. Я была свободной. Свобода ведь не ограничивается закрытой дверью или стенами. Это не физическая замкнутость, это свобода выбора. Когда ты выбираешь то, что тебе нравится, и не боишься последствий. Когда ты делаешь то, что приносит удовольствие, то, что тебе очень хочется, и никто не станет осуждать или требовать пояснить за поступок.
Когда ты можешь улыбаться без причины.
Когда ты имеешь возможность быть слабой. Когда можешь позволить себе любить.
Когда ты сама выбираешь — выходить на ринг или нет.
Драться или съехать.
У меня не было этого выбора раньше. Хотела жить не как остальные девчонки, чьё мнение никогда никого не интересовало и которые, по мнению пацанов с района, существуют только для того, чтобы скрашивать их вечера. Я хотела быть волком среди волчьей стаи и готова была принять любые условия.
Железная дверь с грохотом отворилась. На склад без стука и без приглашения заявился охранник с подносом. Помимо еды, он притащил двухлитровую бутылку воды странного, мутно‑серого цвета.
По виду жидкости я точно определила, что это.
Допинг.
Смесь запрещённых препаратов, содержащих тестостерон, анальгетики, стероиды и кучу разных добавок, повышающих выносливость и блокирующих боль.
Жень Женевна никогда не разрешала применять допинг. Даже кофе запрещали перед боем, так как кофеин в большом количестве обладает похожим эффектом.
Она хоть и относилась ко мне как к спортсмену, но не забывала о том, что в будущем мне, возможно, предстоит рожать детей. А эта дрянь может дать ужасную побочку в репродуктивной функции организма. Тренер так сильно запугала, что я ни разу в жизни не притрагивалась к запрещённым препаратам.
Только витамины и тренировки.
— Я не буду это пить, — упираюсь, глядя на бутылку.
— Сама не выпьешь — я тебе в глотку залью, — угрожает верзила.
Разозлилась.
Выхватываю воду, прикладываюсь к горлышку, глотаю ядерную смесь. Судя по вкусу и запаху, ингредиентов для коктейля не пожалели.
— Ты будешь вторым, — ядовито шепчу, вытирая рот тыльной стороной руки.
— Че? — не понимает.
— Я уничтожу тебя вторым. После соперника.
Мужик, насмехаясь, улыбается. Неприятный до ужаса.
— Бой через два часа, подготовься, — бросает и уходит.
Кто бы там ни был, я его порву.
Не знаю, что конкретно намешали в моё пойло, но я не знаю, куда девать энергию и злость. Будто всё это время во мне спал дикий зверь, и он наконец вырвался наружу.
Отлупив грушу, перешла на коробки. В них оказались рулоны туалетной бумаги, диффузоры, жидкое мыло и прочие штуки для туалетов в клубе.