Угнала мотоцикл со съёмок.
Благодаря скорости приехала вовремя. Как раз застала момент, когда из его квартиры выходили трое проституток.
Слышала, о чём они болтали, пока ждали лифт:
— Этот хрен мне колготки порвал!
— Новые купишь, Роберт всегда хорошие чаевые накидывает. А колготки… Так у него фетиш на чёрный капрон — как видит, сразу фляга свистит!
— Ой, девочки, ну какой он всё-таки… В такие моменты моя работа кажется мне раем!
Не поняла его действий, не смогла найти логичного объяснения его поступкам — и решила не забивать голову. Отпустила сразу.
И хоть не думаю, гоню от себя все мысли о Павлине, о том поцелуе, о том, каким он был невероятным и притягательным… Да, именно эти мысли я гоню от себя поганой метлой! Но Стивен жалобно скребётся, стонет и ощутимо сжимается от жалости. Комок, поселившийся в груди, не даёт уснуть по ночам, не даёт нормально есть, общаться с людьми, учить слова.
Скучаю? Да нет, бред какой-то! Как можно скучать по малознакомому человеку? Тем более — по такому возрастному идиоту!
И тем не менее, стоило заметить его силуэт на площадке, как в груди стало тепло и радостно.
Я смотрела информацию о нём в интернете и теперь точно знаю, что Роберту 33 года. А ещё — что он не женат, не имеет детей, в первом фильме снялся ещё в восьмом классе и с тех пор грезил актёрской карьерой. Также знаю, где учился и всю его кинохронику.
Немного знаний о человеке, который безразличен?
Стивен так не считает. Он жаждет больше информации.
Помимо сведений о жизни актёра, во Всемирной сети имеется просто огромное множество его снимков. Меня больше привлекли фото в чёрной куртке, верхом на чёрном крутом байке.
Мотоциклы — моя страсть.
Убеждала себя, что именно монстр зацепил, а не тот, кто сверху. Разглядывала каждую деталь мотоцикла и теперь, с закрытыми глазами, могу в точности воспроизвести картинку. Запомнила даже небольшую синюю наклейку на бензобаке и протектор шин.
Как и каждую деталь на его куртке: серебряную подвеску в виде звезды на крупной цепочке с множеством звеньев, обнимающих шею; потёртости на чёрных джинсах; шнуровку на кроссовках.
Клара — Лара — Ларец… Дать тебе в торец?
Идиотская трансформация имени в школьную кличку. Перестали дразнить, когда я впервые прописала джеб в челюсть одному из обидчиков.
И именно сейчас эта нелепая кличка всплыла в памяти. Готова себя стукнуть — только бы выбить из головы всю дурь.
Итак сложно, а тут ещё и незапланированный поцелуй!
Не согласованный с моими чувствами.
Не дала в рыло только потому, что понимаю — ему нельзя снова на больничный, иначе мы никогда этот сериал не снимем.