Мы нашли место под библиотеку, переоборудовав один из классов. Но ставить переборки, заказывать книжные шкафы – опять траты.

Я с удовольствием пригласил бы Вас на свадьбу, сделал шафером, но Наталья Никифоровна уверяет, что Вы этого не желаете.

Не обращайте внимания на ее слова о пожаре, о кукареканье. Моя невеста так шутит. Я сам, некогда, когда впервые топил печь, едва не устроил пожар.

Ваш преданный друг – Петр Литтенбрант».

Понятно, откуда деньги. Не бог весть какая сумма, но денежки припрячу.

Ребята молодцы, заняты делом. Вон, я еще книг привез, пополню фонды. И подарки на свадьбу отдам, когда приедут. Побегу на службу, а вечером нужно к Леночке.

Горничная, открывшая дверь, посмотрела на меня, потом хихикнула.

– И? – поинтересовался я, показывая, что надо бы отойти в сторону и меня пропустить.

– Пускать вас не велено, – еще раз хихикнула горничная.

– Кем не велено? – озадаченно хмыкнул я.

– Барыня не велела, Анна Николаевна, – сообщила служанка и, сдвинувшись в сторону, сказала: – А барышня велела впустить. Но я должна барыню слушать. – Вздохнув, сказала: – Может, меня из-за вас и уволят… Ну ладно, проходите, пусть увольняют. Вы – молодец, Иван Александрович! Как же нашей барышне повезло! Снимайте шинель, калоши. Только предупреждаю – барыня сильно барышню ругает. Второй час ругает. Нет, третий, но с перерывами. Уже два раза капли пила, потом чай.

Так и не поняв, почему я молодец и отчего горничная решила рискнуть местом, разделся и, как разведчик в тылу врага, осторожно подошел к дверям гостиной, припал к косяку и посмотрел – что же там происходит?

Анна Николаевна, сестрица статского советника Бравлина, бегала по гостиной, ругалась (не матерно, но довольно-таки выразительно), разводила руками и ахала. Дескать – как это так? Не в родительском доме? Без папеньки с маменькой? В гимназии?

Моя невеста сидела на диване смирненько, но вроде бы не сильно пугалась нотациям тетушки. Кивала и время от времени выставляла пальчик, любуясь колечком.

Воспользовавшись моментом, пока тетушка отвернется, я прошел в гостиную и уселся рядом с Леночкой. А та, словно этого и ждала, сразу же обняла меня.

Мы с Леночкой сидели на диванчике, аки два голубка. Невеста (теперь уже совершенно официальная!) прижималась ко мне, украдкой чмокала в щечку.

Наконец тетушка бегать устала и плюхнулась рядом с племянницей.

– Так что я твоему отцу-то скажу? – устало спросила она. – Глазом моргнуть не успели, а девчонка уже сосватана. Ладно, пусть без родителей предложение сделали, при тетке. Но ведь до чего додумались? В гимназии, у всех на виду!