После ужина Наталья Никифоровна снова отправилась мерить шубу. Долго выбирала окно, где отражение получалось получше.
– Хороша! – с удовлетворением сказала она.
– А в талии не широко? – озабоченно поинтересовался я.
– В талии? – похлопала себя хозяйка по бокам. – Ничего тут не широко. А если слегка широко – не страшно. Это ведь шуба.
Эх, хороша!
Подойти, обнять? Но нет, нельзя.
Глава одиннадцатая. Финансовый ликбез
Глянул на часы – почти двенадцать. Я уже вовсю зевал, а Наталья Никифоровна не унималась. Нет, это не то, о чем кто-то может подумать. Гораздо хуже. На ночь глядя хозяйка решила перемерить все платья, лежавшие в коробе. А их там… В общем, до лешего. Я-то думал, штук пять. Они же такие пышные, с этими, как их там? Да, с турнюрами. И как упихали?
Наверное, я бы на месте хозяйки принялся разбирать книги. А она, вишь, за тряпки схватилась.
Терпеть не мог, когда в прошлой жизни Ленка таскала меня по магазинам – дескать, хочу себе новенькие джинсы купить, а ты должен смотреть – хорошо ли сидят, не морщат ли на попе? А что попа? Главное, чтобы мешком не висели. Ленкина попа в любых джинсах хороша.
И со всеми остальными обновками то же самое. Я-то привык – если что-то взял, оно подошло, значит – беру. А здесь? На фига примерять десять пар джинсов, если ничего не возьмешь? И зачем брать с собой мужа – типа для советов, если женщина пропустит мимо ушей все его слова и сама решит – брать или не брать? Хорошо, что в некоторых магазинах догадались ставить для измученных мужчин кресла, а то стоишь, как дурак, перетаптываешься с ноги на ногу и чувствуешь себя неловко – отдел-то женский, кажется, что покупатели, идущие мимо, посматривают на тебя с подозрением.
Поэтому на вопрос «как оно?» – я только мычал. Как по мне – все хорошо, даже если оно и не очень.
Потихоньку зверел, но помалкивал. Нет, ну не могла до Нелазского подождать? Приехала бы в свое село, позвала бы Литтенбранта, да и мерила перед ним свои платья, сколько влезет. Пусть бы жених страдал. Мне-то за что? Так нет, приспичило.
Счастье, что платьев в берестяном коробе поменьше, нежели в магазине. Наталья Никифоровна провела первичную сортировку: вот это точно возьмет – подошьет, отгладит, с этим – надо подумать, а это – отправит в Устюжну. Бальное платье всего одно, зато, к моему удивлению, хозяйке подошло идеально. Но, к еще большему удивлению, Наталья Никифоровна решила не посылать какой-нибудь племяннице, а оставить его себе. А кто говорил, что в селе нет балов? Женщины! Кто их поймет?
– Ваня, а ты на исповеди был? – неожиданно спросила Наталья.