Гувернантка кружкой в меня не бросила, обхватила ее ладонями и с горечью произнесла:

– Странная вещь – закон. Людей честных и благородных он наказывает, а на невинных, которые обращаются к нему за помощью, не обращает внимания.

– И тогда невинные – то есть невиновные – берут исполнение наказания в свои руки? Но не слишком ли суровое наказание? И не слишком ли быстро?

– Нет, господин следователь, не слишком, – твердо заявила Зуева. – Не знаю, знакома ли вам книга одного выдающегося политика, но там четко сказано – наказание должно осуществляться сразу.

Кого она мне цитирует? Политик, написавший книгу? Пуффендорф? Нет, Макиавелли.

– А еще он сказал: «С врагом можно бороться двумя способами: законом и силой. Первый способ присущ человеку, второй – зверю», – процитировал я. Потом попросил: – Тогда, будьте так любезны, поясните ваши мотивы. Пока просто расскажите, без записи в протокол допроса. И без цитат выдающихся людей. Своими словами. Почему вы решили убить господина Сомова?

– Иван Александрович, посмотрите на меня, – предложила Зуева.

– Посмотрел. И что?

– Меня можно назвать красавицей?

Признаться, я слегка стушевался. То, что Любовь Кирилловна не красавица, это понятно. С другой стороны – а что такое красота? Кому-то могла и понравиться.

– Писаной красавицей я вас не назову, но красота – понятие относительное.

– Не нужно витийствовать, – отмахнулась бывшая гувернантка. – Я некрасива, денег у меня нет, поэтому выйти замуж мне нереально. Все, что у меня есть, – это мое доброе имя и умение преподавать детям математику, русский язык. Еще французский. Ну, всего понемножку, чтобы ребенок смог поступить в гимназию. Я вынуждена работать, чтобы прокормить и себя, и свою мать. И что? Господин Сомов одним махом лишил меня и моего имени, и возможности зарабатывать деньги. Кому нужна гувернантка, которую выкинули из дома, словно нашкодившую кошку? Будь я виновна, это было бы оправданно. Но я ничего не крала! И что мне теперь делать? Идти к кому-нибудь в содержанки или на панель? Пошла бы, но не с моей рожей. Идти в прачки или в швеи? Нет, это не по мне.

– Любовь Кирилловна, допускаю – вы невиновны. Но все-таки – почему вы так поспешили? Ну, смотрите сами. Если судить по вашей жалобе, Сомов обвинил вас в краже второго января, четвертого вы обратились в окружной суд. Я получил задание шестого. Дважды пытался вас застать, но вы отсутствовали. Со слов матушки вашей подруги, вы искали работу.

– Да, искала. Но кто возьмет без рекомендаций? К тому же я изложила суть своей жалобы, что еще от меня требуется? Вам следовало допросить Николая Сергеевича Сомова, его прислугу. Что же еще?