Она сбросила иллюзию.

Кадра замер, шок отразился на лице, которое, казалось, было высечено из железа.

— Вот, — горько бросила она. — Вот почему. Если кто-то коснётся меня, они почувствуют шрамы, поэтому я никому не позволяю, кроме… — Цисуре. Она не смогла произнести её имя. — Я не пыталась обмануть тебя. Я просто ненавидела, как люди пялятся… — её голос сорвался, самоконтроль рухнул. — Ты счастлив теперь? Это всё, чего ты хотел? Это…

Это было слишком.

Задыхаясь от рваных рыданий, она сгорбилась, сдаваясь на милость панической атаки и моля всех богов и святых о беспамятстве. Она не могла дышать. Где-то вдалеке послышалось злобное проклятие.

— Сарай, открой глаза.

Она инстинктивно подчинилась, голова безвольно откинулась назад из-за головокружения. Тёплые ладони обхватили её лицо. Она встретилась с угольно-чёрным взглядом Кадры.

— Моргай медленно, — его ладони были грубыми. — Хорошо. А теперь дыши. — Его лицо напряглось, когда она с трудом попыталась вдохнуть. — Черт возьми, продолжай.

Воздух наполнил жуткий хрип, и она почти рассмеялась, осознав, что это издаёт она сама.

— Ещё раз, — подгонял Кадра, когда она со свистом втянула воздух. — Вот так.

Дрожа, как осиновый лист, она делала рваный вдох за вдохом, пока агония в груди не отступила. Когда буря стихла, она просто лежала, опустошённая, едва осознавая, что мужчина перед ней вытирает её слёзы.

Она жалела, что столкнулась с ним. Ей всего лишь хотелось исцелиться.

Глубокий, тяжёлый вздох коснулся её лица, и она смутно осознала, что произнесла свои мысли вслух. Пол качнулся, когда Кадра поднял её и зашагал вверх по лестнице, чтобы усадить их обоих на кровать, с ней — у себя на коленях. Зубы её стучали, и на смену панике пришёл шок. Закутав их обоих в одеяло, он держал её, пока она дрожала. Он пах апельсинами, вином и кровью, которой она его пачкала, и, боги, завтра, когда у неё появятся силы хотя бы на то, чтобы чувствовать стыд, она будет чувствовать себя невероятно униженной. Но пока она просто ждала, гадая, кто из них заговорит первым.

Много времени спустя он наклонил голову, изучая её с немигающей интенсивностью.

— Ты всё ещё кровоточишь.

— У меня не хватает магии, чтобы остановить это.

Короткий выдох, и его рука обхватила её запястье поверх армиллы. Тепло хлынуло от его кончиков пальцев, и она поняла, что он направляет часть своей магии в неё.

Стиснув зубы, она уколола палец и провела им побешаз . Прилив силы был привычным, как и то, как её зрение обострилось за закрытыми веками, погружаясь внутрь, чтобы оценить масштаб повреждений. Занеся дрожащие руки над кровоточащим месивом ожогов вокруг шеи, она попыталась восстановить первый слой ткани. Не справляясь с потоком энергии, её пальцы слишком сильно нажали на ожог, вновь открыв его. Она проглотила крик и попробовала снова, борясь со слезами, когда руки Кадры обхватили её ладони, фиксируя пальцы.