— Слуги сказали, что ты заказываешь довольно много льда к своим напиткам, и я подумал, может быть, у тебя жар.
Её губы приоткрываются от удивления.
— Возможно, мне просто нравятся очень холодные напитки. — Она склоняет голову набок и смотрит на меня так, будто я самый глупый мужчина из всех, кого она когда-либо встречала. — Это помогает поддерживать глубокую заморозку моего холодного, убийственного сердца.
Я тихо хмыкаю в знак согласия.
— Возможно. А возможно, тебе просто нездоровится, и ты слишком горда, чтобы сходить к нашему семейному колодцу. Обычно в это время года там холодно, но моя мать недавно установила несколько солнечных камней, чтобы подогреть воду, так что теперь там вполне комфортно.
Её спина едва заметно выпрямляется, взгляд скользит от меня к Гейвену. Телохранитель почти незаметно кивает.
— Очень хорошо. Я знаю, как вы, мужчины, любите хвастаться. Отведи меня к этому колодцу.
Она протягивает руку, насмешливо изображая сказочную девицу в беде. Я беру её и помогаю ей подняться на ноги.
Мы молча идём по коридору, Гейвен следует за нами по пятам. Внизу лестницы, на главном этаже, я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему.
— Боюсь, здесь нам придётся расстаться.
Страж хмурится, но Харлоу прерывает любой возможный протест, отводя в сторону разрез своего платья и показывая кинжал, пристёгнутый к её бледному бедру.
— Со мной всё будет в порядке, Гейвен.
Он кивает и принимает свою привычную неподвижную стойку в коридоре, руки сцеплены за спиной, внимательный взгляд прикован к нам.
Я достаю повязку и поднимаю её перед Харлоу.
— Надеюсь, ты шутишь.
Я улыбаюсь.
— Не волнуйся, красавица. Я буду рядом, чтобы ты не споткнулась.
Она ворчит, пока я завязываю шёлк у неё на глазах. Я обнимаю её за талию и веду по коридору через несколько поворотов, пока мы не оказываемся у входа к колодцу.
Я веду её вниз по лестнице так, словно похищаю в какой-то тёмный подземный мир, где и сам могу потеряться. Я крепко держу её за талию, пока мы спускаемся, и молюсь Божеству Хервейну о удаче, чтобы именно это наконец заставило её опустить свою защиту.
ХАРЛОУ
Аура Генри беспокойно пульсирует вокруг нас, когда он ведёт меня вниз по каменной лестнице. Он нервничает.
Я не могу понять, потому ли это, что ему не следовало показывать мне этот колодец, надеялся ли он сохранить эту тайну до более стратегического момента, или же это и есть тот самый стратегический момент, и он просто пытается заставить меня сказать ему, что со мной не так.
Я дезориентирована без зрения, с головой, всё ещё затуманенной остатками боли. Каждая мышца в моём теле напряжена до предела от попыток противостоять этой боли, и хотя худшее уже прошло, её остатки всё ещё держатся, как предупреждение — не позволять себе расслабиться.