Я киваю, вспоминая Рейфа и портрет её сестры, который я видел в его гостиной.
— И это то, что для неё достаточно важно, чтобы она ради этого нарушила верность своей семье?
Я провожу рукой по затылку.
— Да. А теперь вы скажете мне, почему то письмо, написанное почерком отца, было подписано именем Рочелли?
Она сжимает плечо моего отца и жестом указывает на кресло напротив его.
— Тебе стоит сесть для этого.
ГЕНРИ
Когда я выхожу из кабинета родителей, голова у меня всё ещё идёт кругом. И становится только хуже, когда я вижу Картера, ожидающего меня в конце залитого солнцем коридора. Его руки скрещены, и он прислоняется спиной к стене, но эта расслабленная поза меня не обманывает. Что-то не так.
— Что ещё? — спрашиваю я, подходя к нему.
Он шагает рядом со мной, бросая взгляд через плечо.
— Телохранитель рыскал вокруг, пытался попасть в комнату восстановления.
— Разумеется, пытался, — ворчу я. — Всё в порядке. Мне дали разрешение разобраться с этим.
— Я думал, у тебя есть подозрения, что он может возглавлять мятеж, — шепчет Картер.
Я провожу рукой по затылку, пока мы поднимаемся по лестнице на второй этаж.
— Возможно, он и замешан, но, по словам моего отца, он не один из наших связных. Проблема в том, что он пытается повлиять на Харлоу, а я сейчас нахожусь в слишком критической точке, чтобы это допустить.
Я останавливаюсь на верхней площадке лестницы.
— Мне только что дали разрешение вывести его из игры. Сможешь подготовить камеры?
Брови Картера взлетают вверх.
— Ты уверен, что сейчас подходящее время? Это может отбросить её назад.
Я качаю головой.
— Мы сделаем так, будто это несчастный случай.
— Генри, подумай, — настаивает Картер, и в его голосе звучит раздражение. — Она умная, и она знает, что он тебе не нравится.
— Он ей не нравится, — возражаю я. — Он даже не знает, что она может отравлять прикосновением. Он ни разу не защищал её от людей в её собственной жизни.
Картер качает головой.
— Ты что, ослеп? Может, ей и нравится его поддевать, но ей определённо не всё равно. Как твой друг, я был бы неправ, если бы не предупредил тебя, что это может стать огромным шагом назад.
— У меня нет выбора, — говорю я. — Я подслушал конец их разговора на днях. Он слишком наблюдателен и слишком подозрителен.
Картер вздыхает и кивает.
— Что ж, будь по-твоему. Да помогут нам Божественные пережить последствия. Какой план?
— Я попытаюсь вытянуть из него последнюю информацию в камерах. Нет никого, кто знал бы планировку дома Карренвеллов лучше. Я убью его, нанеся какую-нибудь рану с быстрым кровотечением, и представлю это как послание от Стефана.