— У меня никогда не чесались кости изнутри. Кровоточащие леса, это неприятно, — бормочет она.
Желание извиниться поднимается во мне, но я подавляю его.
Я напоминаю себе, что ничего ей не должен. Она — средство к цели. В тот миг, когда я это забуду, всё будет кончено.
ХАРЛОУ
Безумие коварно тем, что чем больше я о нём думаю, тем более параноидальной себя чувствую и тем меньше уверена в собственном рассудке.
Слова отца всё ещё звучат у меня в голове, как и видение Эйбла, бьющегося в своей постели. Но ни в одном из остальных моих братьев и сестёр я этого не вижу. Ни в Айдии — такой вспыльчивой и страстной. Ни в Келлане — прагматичном и невозмутимом. Ни в ком-либо из остальных столь рациональных на людях и занятых своими пустыми вечеринками или раздражающими детьми.
Впрочем, и Эйбл на людях такой же. Если бы я не увидела прошлой ночью всё собственными глазами, я бы ни за что не поверила.
Я иду по тёмному коридору в доме Хейвенвудов, игнорируя тихий стук сапог Гейвена по деревянному полу в нескольких шагах позади меня. На этот раз он не осуждает меня за то, что я исследую дом. Должно быть, он так же отчаянно, как и я, хочет разобраться в расположении помещений. Коридор слева освещён тусклым светом свечей и сероватым дневным светом, льющимся из окон.
— Что там?
— Библиотека и солярий, — отвечает Гейвен.
Я смотрю в коридор справа.
— Личная ритуальная комната, своего рода храм Кеннимире и несколько залов для собраний, — говорит Гейвен без моей подсказки.
Я направляюсь по правому коридору. Стражи поразительно мало. Насколько я могу судить, никто не наблюдает, и вокруг нет ни одной ауры, кроме моей собственной. Я ожидала, что здесь охрана будет усиленной, но всё кажется расслабленным.
— Что ты об этом думаешь? О шраме в стене? О кипящем городе? — спрашиваю я.
Гейвен ускоряет шаг, чтобы идти рядом со мной.
— За свою жизнь я повидал многое, но никогда — орду, способную сокрушить могучую стену Маунтин Хейвен.
— То есть?
— То есть я думаю, что кто-то помог этому случиться.
Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему лицом.
— Ты хочешь сказать, что кто-то изнутри помог Истощённым?
— Их когти ежедневно скребут наши стены, и городские стены сложены из того же камня. Они перебирались через них, ломали ворота или обманывали стражу у входа. Но им ни разу не удавалось проломить саму стену, как бы неистовой ни была их жажда. Мне трудно поверить, что они стали бы так стараться ради добычи куда меньшей, чем та, что ждала их в городе.
— Здесь много людей. Возможно, Истощённые умнее, чем мы думали. Возможно, они поняли, что Хейвен не так хорошо вооружён. Может быть, решили, что это более лёгкая цель, — говорю я.