ГЕНРИ
Стекло обрушивается бесконечным дождём. Я сгибаюсь вокруг Харлоу, пытаясь заслонить её от осколков.
На мгновение наступает ужасная тишина. Моё тело застывает — застревает в паническом эхе прошлого. Я уже слышал такую страшную, насильственную тишину.
Потом, когда пыль оседает, раздаются крики и вопли. В комнате пахнет дымом и кровью, но сквозь это пробивается сладковато-бродящий аромат. Вино. Когда мы приехали сегодня вечером, перед входом стояла повозка с бочками. Кто-то мог без труда спрятать среди настоящего вина какой-нибудь магический зажигательный механизм.
Харлоу стонет подо мной. Она что-то бормочет, но в ушах звенит после взрыва.
Я перекатываюсь в сторону, игнорируя жгучую боль стекла в руке, поднимаюсь и тяну Харлоу на ноги. Обхватываю её лицо ладонями.
— Что ты сказала?
Она прищуривается.
— Ты накрыл меня до взрыва.
Это будет трудно объяснить. Я провожу большим пальцем по шишке, уже набухающей на затылке.
— Похоже, ты сильно ударилась головой.
Её телохранитель оказывается рядом в ту же секунду, хватая её за руку.
— Ты в порядке?
— Я в порядке. Генри защитил меня от стекла, — говорит она.
— Я заметил. — Подозрительный взгляд Гейвена впивается в меня. — Он быстро соображает.
Я слышу в его словах невысказанное обвинение. Он тоже заметил, что я двинулся слишком рано. Я знал, что он станет проблемой — рано или поздно, — но, похоже, разбираться с ним придётся раньше, чем хотелось бы.
Крики снаружи, за разбитыми окнами, отвлекают нас.
— Больше никаких кровотечений!
— Мятежники, — рычит Гейвен.
Крики близко. Мне нужно вывести Харлоу и моих родителей отсюда.
— Такого бы не случилось, если бы они не настаивали на том, чтобы собрать всех важных и одарённых в одной комнате, — бурчит Харлоу.
Комната полна криков и стонов боли, но Харлоу удивительно спокойна, когда запускает руку в скрытый карман платья и вытаскивает кинжал.
— Нам нужно доставить вас в безопасное место, — говорит Гейвен. Он скептически смотрит на меня.
— Было бы разумно оставить его здесь.
— Веди себя прилично, Гейвен, — одёргивает она. — Он нам нужен. Поверь. Я бы оставила его, если бы могла.
— Спасибо, — ворчу я.
Я кладу ладонь ей на спину, направляя её прочь от хаоса в коридор. До меня доносится аромат её кожи — Стеллариумских Цветов и металлический запах крови.
Я останавливаю её.
— Ты ранена.
Она поднимает руку. Из её предплечья торчит осколок стекла.
— Я решила, что лучше оставить его внутри.
Я хватаю её за запястье и быстро разбираюсь с раной, выдёргиваю осколок и прижимаю ладонь к разорванной коже. Она вздрагивает, когда моя магия вжимается в плоть, сшивая ткани и кожу.