Он поднимает меня обратно, и я окидываю взглядом толпу. Мне нужно сказать Келлану. Когда танец начинался, он стоял у окон столовой, но теперь его нет.
— Кого ты ищешь? — спрашивает Генри.
— Келлана.
— Брата из городской стражи?
— Да.
Генри притягивает меня вплотную, когда мы поворачиваемся.
— Ты ему доверяешь?
— Я считаю, доверие нужно дозировать, но уверена: Келлан должен это знать. Это вопрос безопасности семьи.
Генри кивает в сторону нашего стола.
— Разве не Эйбл должен заниматься семейной безопасностью, раз он старший и владеет святым огнём?
Я выгибаю бровь.
— Собираешь сведения для вторжения?
Генри вырывается смешком.
— Нет, Харлоу. Просто у тебя восемь братьев и сестёр, и я пытаюсь разобраться в политическом раскладе, чтобы никого не оскорбить. Как ты любишь напоминать, я бесклассовый дикий волк. Я просто изучаю местность.
Эйбл и Келлан единственные из моих братьев и сестёр, чьи силы общеизвестны. Благословение манипуляции Келлана от Полма одна из причин, почему он возглавляет городскую стражу. Его люди знают: либо они подчиняются сами, либо он заставит их.
Эйбл помогает отцу каждую ночь зажигать стену, так что скрыть это невозможно. Не говоря уже о том, что святой огонь убивает Истощённых, и раз им владеют только мой отец и брат, это даёт семье Карренвеллов определённую устойчивость положения.
Мне почти невозможно поверить, что Генри не осведомлён об их благословениях.
Музыка заканчивается, и все аплодируют нашему танцу. Генри отступает и жестом указывает на меня, будто я звезда представления. Я отмахиваюсь и тяну его с танцпола.
Я веду его мимо ряда столов к окнам. Я уже привлекла внимание Гейвена. Он хмурится, и я натягиваю улыбку, притворяясь, что показываю Генри вид, указывая на окна, пока сама прочёсываю зал в поисках Келлана. Его нигде нет, но и Либби тоже, так что, возможно, они вышли или у них что-то случилось с детьми.
Родителей Генри тоже нет за столом, но я слышала, как мать говорила им о редкой картине Маунтин Хейвен в нашей библиотеке. Возможно, они пошли её посмотреть. Может, там же Либби и Келлан. Моего брата Томаса тоже заметно нет, хотя его жена Вероника беседует с моими сёстрами Электрой и Софи. Ещё одно пустое место за столом рядом с Эйблом.
Генри прослеживает мой взгляд.
— Куда делся Рейф?
— Надеюсь, в божественные преисподние, — бурчу я.
Генри усмехается, но тут же серьёзнеет. Он склоняет голову в странном, хищном жесте, будто зверь, пытающийся расслышать что-то. А затем хватает меня.
Я пытаюсь вырваться.
— Что ты…
Он швыряет меня на пол и накрывает своим телом. Громовой взрыв сотрясает дом. Окна разлетаются. Моя голова ударяется о мраморный пол, и мир гаснет.