Я перебираю в памяти всё, что говорил ей сегодня днём. Искусство, игрушки. Книга.
Я вскакиваю на ноги, расплескав ещё больше эля на липкую деревянную столешницу.
— Бар «Падающая Звезда».
— Что это? — спрашивает Гейвен.
— Это бар рассказчиков, — говорит Брайс. — На четвёртом уровне форта. Недалеко от поместья.
— И я упоминал рассказчиков сегодня днём, когда дарил ей часть её свадебного подарка, — говорю я. — Она должна быть там.
Я направляюсь к двери, даже не оглядываясь, идут ли они за мной. Лишь когда я проталкиваюсь через толпу танцующих пар и кокетливых барменш в холодный ночной воздух, я чувствую их за спиной.
Их сапоги отбивают по каменной мостовой глухой ритм, который немного успокаивает панику, царапающуюся у меня в груди.
Харлоу умна и умеет постоять за себя. Она не беспомощная девица. Она проклятая Божествами серийная убийца. Я знаю, что с ней всё будет в порядке, но мой пульс всё равно не замедляется.
Почему она не могла просто оказаться красивой наивной дурочкой, какой я её ожидал увидеть? Ужасно осознавать, что всего одно сердцебиение отделяет меня от того покоя, за которым я гонюсь. Всё, о чём я могу думать, как быстро этот шанс на месть, вынашиваемый десять лет, может рухнуть, если с ней что-нибудь случится.
Возможно, уже слишком поздно — благодаря мне и моему глупому языку.
ХАРЛОУ
Мне потребовалось примерно полчаса, чтобы, спотыкаясь, бродить по тёмным улицам четвёртого уровня крепости, но это того стоило. Час откровенных историй в баре «Падающая Звезда» оказался намного лучше, чем я ожидала.
Моё гламурное ожерелье от Айдии оказалось очень кстати. Последнее, что мне нужно, чтобы кто-нибудь меня узнал. Я просто послушаю несколько историй, пока Генри где-то там дуется, и вернусь прежде, чем он вообще заметит, что меня не было. Я чувствую лёгкое чувство вины, но думаю, Айдия простит мне столь легкомысленное использование её подарка, когда я принесу ей истории от самих рассказчиков Маунтин Хейвен.
Я использовала как можно меньше магии, лишь немного изменив внешность, чтобы меня не узнали сразу. Я сделала свои волосы медово-светлыми, глаза тёмно-карими, а лицо чуть более округлым.
Никто в баре даже не бросил на меня второго взгляда, даже мужчины за соседним столом, одного из которых я узнаю, это один из стражников, дежуривших в комнате во время ритуала консуммации прошлой ночью. Если мужчина, который видел, как я кончила так сильно, что сломала древнюю сигилу, меня не узнаёт, то и никто другой в этом баре не узнает.
Я отпиваю вина и оглядываю комнату, рассматривая россыпь аур. Здесь представлено множество благословений Божеств. Нынешняя рассказчица, крепкая женщина по имени Николина, выглядит лет на пятьдесят с лишним; у неё яркая золотая аура, длинные тёмные волосы и ровная, уверенная манера повествования.