— В этом мире есть вещи и поважнее репутации. — Суворов недобро сверкнул глазами. — Неважно — моей или вашей. Вы не хуже меня знаете, как идут дела на фронте — и мы отступаем. В подобном положении ссориться с Георгом — подобно смерти, князь! И если он все-таки высадит войска…

— Мы едва ли сможем сделать хоть что-то. Согласен. — Я чуть склонил голову. — Но и у него самого пути назад уже не останется. Потому что в случае вторжения придется добиваться повиновения Соединенных Штатов силой. Не навязывать свою волю из-за океана лояльным и благоразумным политикам, — Я кивнул в сторону Джонсона и Кеннеди, — а развязать полномасштабную войну со страной населением в двести миллионов человек. На это не хватит ни флотилии на Багамах, ни еще трех таких же. Для победы Георгу придется перебросить сюда войска из Англии.

— И оставить почти без защиты Антверпен и собственное побережье, — задумчиво проговорил Кеннеди, — в то время как Рейх обладает оружием, способным ударить прямо по Лондону.

— Верно, — кивнул я. — Так что пока все это скорее похоже на мастерский блеф. Конечно, если что-то изменится, британцы могут начать действовать куда активнее, но, полагаю, сколько-то времени у нас еще есть.

— Пожалуй, вы правы, друг мой. — Джонсон выдохнул и откинулся на спинку кресла. — Будь старикашка так уверен в собственных силах — британские корабли уже стояли бы в паре миль от Вирджиния-Бич.

— Георгу не нужна война. Особенно если новый президент не собирается… пока не собирается менять текущий расклад в отношениях ваших держав, — продолжил я. — Которое, в сущности, устраивает всех.

— А как же требование распустить Конгресс?.. Бред!— Кеннеди зажмурился и помотал головой. — Или сократить численность армии до двадцати тысяч?

— Как разница, джентльмены? Завтра Георг может потребовать, чтобы господин президент вышел на площадь перед Капитолием в одних подштанниках. — Я усмехнулся и посмотрел на Джонсона. — Но мы все здесь понимаем, что на самом деле его интересует только оружие, которым разнесли Белый дом. Или те, кто может наделать еще таких же игрушек. И в этом наши цели, как ни странно, совпадают. А значит, сейчас мы вряд ли придумаем что-то лучше, чем заверить его величество в лояльности и добрых намерениях — и продолжить искать.

— Да, эти штуковины сейчас нужны всем, — проворчал Джонсон. — Хотя сейчас меня куда больше интересует, что мы будем с ними делать, когда найдем… если вообще найдем.

— Ну… что-то придется отдать Георгу… вероятно. — Я на мгновение задумался. — В конце концов, если у нас будет оружие, способное за пару секунд разрезать пополам броненосный крейсер, договориться станет заметно проще. Особенно если не забывать, что нашей главной целью являются мир и благо наших народов, а не амбиции.