За дверями классов скрывалась каникулярная пустота. Рессел заглядывал под парты, открывал шкафы, трогал оконные рамы и вентиляционные решетки. Мальчишка пропал, умудрившись озадачить даже шустрого Петера. Несмотря на небольшие размеры школы и простоту планировки, поиски обещали быть долгими. Энди наверняка умел прятаться, по нескольку часов оставаясь незаметным, и Джон давно уже сомневался в том, что мальчишка ничего не соображает, хотя Наира и члены комиссии были уверены в обратном.
Дорожки на полу спортзала приятно пружинили под ногами. Джон обошел стойки с инвентарем, проверил душевую и кабинки в раздевалках и остановился у школьного бассейна. Год назад, когда городской дом спорта закрывался на ремонт, Рессел раз или два приходил сюда за компанию с Лидненом. Он вспомнил дрожащий свет на поверхности воды и приложил ключ к замку.
Беглец неподвижно сидел возле бортика, обхватив руками коленки, и смотрел прямо перед собой бессмысленными, побелевшими от страха глазами. В рыжих волосах путались солнечные пятна. Из пореза на подбородке сочилась кровь — мальчишка размазал ее по лицу и выглядел сейчас не лучше, чем неделю назад, когда Джон перевязывал ему плечо, почти уверенный, что прикасается к мертвому телу. На воде покачивался желтый мяч.
Загадочным образом Энди успел оказаться на другом конце здания до того, как Наира перекрыла все двери. Этот любопытный факт заслуживал отдельных размышлений, но Рессел отбросил его подальше, заодно подавив желание достать очередную сигарету и выкурить ее прямо здесь. В нем вскипала запоздалая злость. Он понимал, что передать государственным службам одичалого беспризорника, не применяя к нему насилия и щадя его чувства, получится только в теории, но все-таки не ожидал погрома в учительской и столь явного безразличия со стороны директора школы и представителей государства: их поведение вызвало у Энди сильнейший приступ паники, и можно было лишь предполагать, чем обернутся для мальчика перелет в сопровождении этих неприятных людей и общение с персоналом интерната. Джон снова полез в карман и нащупал зажигалку. Ему все меньше нравилось и то, что уже произошло, и то, что должно было произойти вскоре.
Он подошел к краю бассейна и присел на корточки. Колено хрустнуло. Мальчишка поднял голову и вдруг уставился прямо на Рессела сухими воспаленными глазами. Джон вспомнил, что ни разу еще не застал его в слезах. На мгновение это показалось Ресселу странным, но потом он вспомнил и другое: дети с такими глазами бродили по разрушенным городам, дни и ночи стояли в очередях на эвакуационный транспорт, приносили воду почерневшим от усталости людям в форме и спокойно, как самую обыденную вещь, рассматривали страшные пробоины в обшивке подбитых кораблей.