– Четыре стихии.
Солин кивнул.
– Всего четыре слова все еще звучат… и то лишь потому, что они были нам подарены. Называть стихии по имени – значит пробудить мощь, которую они воплощают. Напомнить нам о том, что мы смертны, да, но в нас все еще живет частичка наших создателей.
– А есть ли еще какие-то?
– Слова?
– Стихии.
– Но что еще может быть? – брови Солина взметнулись вверх. – Наше существование сотворено из четырех стихий. Они управляют нами, и мы живем в царствах, которым суждено принимать тех, в ком живет именно их искра.
– Значит, вы никогда не слышали о пятом…
«Тише, – зашипел в моей голове огонь.– Это слово произносить запрещено».
«Семетци? – прошептала я, осмелившись перечить огню. –Если это не стихия, то почему его запрещено произносить? Другие ведь всем известны».
«Другие не обладают подобной силой разрушения».
Из усеянной сажей земли вдруг прорвалось дерево. Оно взмыло вверх в воронке пламени, сбросив с себя угольную пыль. Ветви его занялись бессмертным огнем, а ствол загорелся так ярко, что стал почти прозрачным.
Солин сжал меня покрепче, потянул в сторону раскаленного дерева.
Чтец огня всмотрелся в трещащие, искрящиеся ветви – пламя раскрасило его лицо. Обращаясь к огню, чтец спросил:
– Мы прошли далеко, в самое твое сердце, чтобы узнать имя. Ты подаришь его нам?
Я втянула сквозь зубы дымчатый воздух.
Подняв наши сцепленные руки, Солин прижал ладони к горящему дереву.
– Скажи ей, кто она, чтобы она прошла обряд наречения и узнала о своем духе-покровителе.
– Как можно выбрать хранителя для смертного, который не смертен? – затрещал огонь.
Солин нахмурился.
– В твоих загадках мы сегодня не нуждаемся, Квелис. Мы хотим услышать лишь твердую правду. Скажи, кто она.
Огонь отскочил от дерева и поглотил нас, вцепился в наши волосы, затанцевал ослепляюще на ресницах.
– Вы можете узнать лишь ее имя. Только его.
Солин бросил на меня удивленный взгляд.
– А если мы захотим узнать все… понять, что она такое?
– Тогда вы уйдете отсюда разочарованными.
– Но мы пришли к тебе за помощью. Ты сам попросил, чтобы я привел ее сюда…
– Мы должны были понять. И теперь мы знаем.
– Знаете, кто она? – спросил Солин.
– Да, – ослепляющее пламя замерцало и выплюнуло: –Но вы этого не узнаете.
Солин поднял в пламенные серные небеса сердитый взгляд.
– Ты хочешь сказать, что те беспрестанные требования о встрече с ней… все видения, что ты подарил мне… все те видения, в которых она вела наш народ к процветанию и радости…
– Все они правдивы. Но также и нет.
– Что за тайны ты хранишь? – рявкнул Солин. – Расскажи, кто она, и тогда я пойму, что делать.