– Руна?
Может, нужно его произнести? И тогда что-то изменится? Хоть что-нибудь.
– Да, – прошептала она. – Я вспомнила прямо перед тем, как очнулась в травяном море.
Руна.
Буквы эти прокатились по моему языку. Проникли глубоко в разум.
Сердце пропустило удар.
– Это слово… это ведь не просто имя. Оно также означает…
– Пчел, – девушка приложила руки к своему голому животу. – Знаю. Именно они и отдали мне мое имя.
– А еще оно означает «тот, кто дарит жизнь», – пробормотал я, пытаясь вспомнить любые подробности. – Пчелы оплодотворяют этот мир. Они дарят жизнь. Без них ничего бы не существовало.
Девушка кивнула чуть ли не в смущении.
– Носить имя, данное в честь пчел, – большая честь, – она перешла на шепот. – Не знаю, почему я зовусь именно так. Не знаю, кто дал мне это имя, нооно мое , в этом я уверена. Пчелы окружили меня. Ужалили. Слились со мной.
Я сощурился, присмотревшись к ее ничем не израненной коже: не видно ни красноты, ни опухолей.
– Тебя не жалили, Руна.
Она вздрогнула – так, словно то, что я назвал ее по имени, что-то для нее значило.
Каково это – когда тот, кто соединяет твое полное забытья настоящее и сокрытое прошлое, называет тебя по имени?
Что я почувствую, когда она назовет мое?
Имя, на которое мне было плевать до этого самого момента… Я вдруг очень захотел, чтобы она назвала его. Очень сильно.
Губы Руны распахнулись. Она подняла руку, провела пальцами по коже в поисках укусов, которые явно чувствовала. Какое-то время она молчала, плечи ее поникли. Похоже, она пыталась понять, что же все-таки произошло на самом деле, а что нет. Резко вздохнув, Руна перевернула ладонь. Опустила руку. Закрыла глаза и сжала губы.
– Что… что ты делаешь? – спросил я, потянувшись к ней.
Меня тут же пронзило болью.
Я обжег пальцы.
Быстро отдернув их, я уставился на небольшой огонек, что сиял над ее ладонью. Огонь, который не принадлежал природе. Несмертный огонь.
Руна напряглась, с удивлением глядя на пламя.
– Огонь сказал, что теперь я смогу призывать его детей. Если транса не было, то как же я получила этот дар? – она сжала пальцы, погасив огонь, – над костяшками поднялся дым. – Почему ты можешь призывать тени, хотя ты вроде бы тоже смертный, как и я?
Я выпрямился и с осторожностью протянул:
– Тени?
Руна скрестила на груди руки.
– Ты призываешь их. Я сама видела. С их помощью ты оттолкнул Актора, когда он… – она замолчала и вздрогнула.
Кожа меж лопаток зачесалась. Врать мне не хотелось, но и ответов у меня не было. Я решил сказать правду, какой бы разочаровывающей и бесполезной она ни была.
– Я не знаю, как это у меня получается. Но ты права… они появляются по моему зову. Так же как на твой отзывается огонь.