Я осторожно провела пальцами по бокам волков и опустилась на колени. Хищники внимательно за мной наблюдали. Спину закололо, и по щеке скатилась следа. Я протянула руку и провела пальцами по бархатистой шкурке малыша.
Неважно, что волки пошли против собственных инстинктов и послушали незнакомца. Я не стала лишний раз думать о том, что хищники защитили добычу.
Об этом я задумаюсь потом… когда пойму, как спросить их напрямую.
Олененок вздрогнул, сжался в тугой комок и спрятал голову, прижав ее к животу. Он часто дышал: красно-коричневая шерсть с белыми пятнышками поднималась и опадала. Огромные уши прижались к голове от страха.
– Все в порядке, – пробормотала я, снова его погладив. – Ты в безопасности.
Олененок не посмотрел на меня. Он сжался еще сильнее. В воздухе разливалась его дикая паника.
Моя рука замерла на его дрожащей спине. Как я смогла это почувствовать? Его страх.
Как смогла увидеть то, что видели волки?
Дары мои продолжали меня удивлять, но я их не понимала. Если честно, я боялась того, с какой скоростью и силой они проявлялись. С тех пор как я встретила незнакомца, то еле заметное присутствие жизненной силы, которое я впервые почувствовала, когда взяла в рот мясо, теперь становилось моим шестым чувством.
– Он дышит? – незнакомец приблизился.
Руки он скрестил на груди, нависнув надо мной. Он не пытался погладить олененка – просто с нежностью смотрел на меня. С нежностью, которой становилось тем больше, чем больше времени мы проводили вместе.
– Он боится, потому что ничего не понимает, – пробормотал незнакомец.
Я смахнула слезы.
– Ты тоже чувствуешь его страх?
Он пожал плечами.
– Думаю, все звери способны это чувствовать, – он расцепил руки и провел пальцами по меху ближайшего волка. – Нам остается только прислушиваться… и тогда могут возникнуть проблемы. Я общаюсь так со своей стаей – ощущаю, что они чувствуют. Волки не говорят так, как смертные, но они все же говорят. Очень даже громко… если выучить их язык.
Я попыталась унять свое восхищение. Передо мной стоял такой неотесанный дикарь, но он так сильно уважает этот мир и живущих в нем существ.
– Я понимаю, о чем ты, – прошептала я, осмелившись заговорить. – Что еще ты чувствуешь? Тебе никогда не казалось, словно ты смог проникнуть им под кожу? Пусть всего на мгновение?
Незнакомец нахмурился, но не фыркнул. Мой вопрос не показался ему глупым. На самом деле, от внимания его мне даже сделалось неуютно.
– Нет, – он присел на корточки, одну руку перекинув между ног, чтобы скрыть свое мужество, а другой придерживаясь за землю, чтобы не упасть.