Я учуяла запах жареной еды, и рот наполнился слюной. Я заставила свои хрупкие ножки пройти еще немного.
Девушка, которая резала что-то красное и сочащееся соками, подняла свое темное лицо и широко улыбнулась.
– Ты жива! – она воткнула костяной нож в землю, вскочила на ноги и подбежала ко мне. – Я так рада, что травы сработали, и ты больше не болеешь!
Я моргнула. Девушка подошла так близко, что могла коснуться меня.
Ее пальцы сомкнулись на моем локте – осторожно, почти по-дружески, – но я все равно вздрогнула так, словно ей не стоило этого делать. Сердце тревожно екало. Неужели я боялась, что от ее прикосновения произойдет что-то плохое? Что-то такое ужасное, что ударит по всем этим прекрасным людям, что подарили мне кров и второй шанс на жизнь.
Я согнулась и посмотрела на небо.
– Ты… ты в порядке? – девушка разжала пальцы. – Я не хотела тебя пугать. Больше касаться не буду.
Я покачала головой, не в силах оторвать взгляда от проступающих на небосклоне звезд.
Но ничего не произошло. Ничего плохого и ужасного. Так почему же я так испугалась?
Что же со мной случилось, раз простое прикосновение заставляет меня так бояться?
– Это мне стоит извиниться, – я выдавила улыбку и наконец посмотрела ей в глаза. – Я не хотела так… о, это же ты.
Я замерла.
В голове зажегся огонек узнавания. Ну, хоть что-то я могла вспомнить. Передо мной стояла Ния.
Девушка, которая нашла меня, сражалась за меня, спасла меня. Девушка с темными глазами и темной кожей. Ее прекрасные длинные волосы она завела за уши: они ниспадали на плечи, и я увидела вплетенное в пряди воробьиное перо.
Сердце переполнилось благодарностью. Я боялась этой новой жизни. Во мне зияла пустота, но без помощи этой девушки я бы так и осталась лежать на берегу реки, пока не превратилась в груду костей, которые обглодали бы дочиста волки.
– Не волнуйся! Если не хочется пока говорить, если ты не готова… – тихонько произнесла Ния. – То все в порядке. Ты, должно быть, в замешательстве.
Я закусила губу и сцепила пальцы, пытаясь составить хоть сколько-нибудь удобоваримое предложение из того хаоса слов, что роился внутри.
– С-спасибо, – пробормотала я. – За то, что спасла меня.
Я округлила глаза: а вдруг она совсем забыла о том, что сделала? Что совершила такую невероятную вещь!
– Там, у реки. Т-ты спасла меня. Меня бы съели, если бы ты не…
– Эй… – оборвала меня Ния, улыбнувшись, – в уголках ее глаз появились морщинки, и сердце мое затрепетало от ее искреннего дружелюбия. – Конечно, я помню! И я бы поступила так снова.
Она улыбнулась еще шире и добавила: