Сердце забилось – внутри расцвела надежда.
– Спасибо, – я склонила голову и погладила скрывающие наготу меха.
Меха, которые сделала для меня Гият. Так странно было ходить в них после долгих скитаний нагишом и в холоде.
Я чуть подтянула прикрывающий грудь мех повыше и покраснела. Надеюсь, Солин не подумал о том, что я сделала это, потому что неблагодарна. Он же не виноват в том, что одежда сползала с меня – я была чересчур худой. И неудивительно.
Я поймала взгляд чтеца огня и тут же выпалила:
– Спасибо… за одеяния.
– Одежду, – поправил он, мягко улыбнувшись. – И пожалуйста. Гият так наловчилась заготавливать шкуры, что они удивительно мягкие на ощупь. Ее матери досталась честь подготовить свадебные одеяния для Типту, когда она выходила за Трала двадцать лет назад. И дар матери передался и Гият тоже.
– Сва… добные? – новое слово непривычно перекатилось на языке.
– Свадьба. Брак, – Ния подошла к нам и нахмурилась. – Упрямый котенок не обращает на меня внимания.
Она бросила взгляд во тьму, нетерпеливо оглядела пространство вокруг костра и наконец пожала плечами и снова переключилась на нас с Солином.
– Брак, или партнерство – это церемония, посвященная любви и верности. Они провели ее, потому что верны друг другу. Они сделали это еще и затем, чтобы убедить клан: они оба будут приглядывать за нами. В равной степени.
– Они – наши вождь и владычица, – добавил Солин. – Я служу им чтецом огня, а они в ответе за процветание и безопасность нашего народа.
– Сегодня вы встретитесь, – сказала Ния. – Хотя я надеялась, что ты с Син познакомишься. Сегодня полнолуние, а мы всегда восхваляем полную луну, чтобы приманить удачу на следующий месяц.
Что-то золотое и покрытое пятнами пронеслось по направлению к нам: белые клыки сияли в свете огня, блестящие желтые глаза пронзали мрак. Зверь зарычал и преодолел разделяющее нас расстояние: лапы растопырены, когти наточены, тело изогнуто в изящном прыжке.
Ноги мои подкосились.
Солин поймал меня.
А Ния обняла зверя и зарылась лицом в ее золотой с черным мех. Над головой рыси вились острые ветвистые рога, а хвост ее разделялся на два: она махала им во все стороны, и воздух вокруг дрожал.
– Ты что, мурлыкаешь, милая моя? – рассмеялась Ния. – Выглядишь так жутко, а ведешь себя как пугливая мышка.
Она поднялась, не убирая руки от кошачьего меха, – зверь потерся о ее бедра.
– Это Син, – Ния погладила рысь по голове, легонько потянув за мелкий рог. – Она еще маленькая, но уже крупнее большинства рысей, что живут в нашей долине.
Син уткнулась лбом в ногу Нии, и та улыбнулась еще шире.