– Через неделю или около того я расскажу тебе о том, что ты должна будешь делать как повелитель духов, – Солин вышел в льющийся в лупик солнечный свет. – Трансы, чтобы ответить на беспокоящие жителей деревни вопросы. Предсказания следующей охоты – куда лучше направиться. Гадание на погоду или новых гостей.
Он глянул на свитые коробки в своих руках.
– Ты будешь часто говорить с огнем, так что предлагаю тебе поумерить свой гнев к нему, чтобы…
– Я не злюсь, Солин, – я провела рукой по оленьей шкурке. – Я просто… волнуюсь.
– За Дарро?
Я сжала зубы и кивнула.
Солин на мгновение замер, а потом пробормотал:
– Он в безопасности. Где бы он ни был, с ним все в порядке. Ты почувствовала бы, если бы это изменилось.
– Почувствовала бы? – я нахмурилась. – Как?
– Между вами тоже есть связь, Руна. Та, которую не смогут сломить кровавые узы с Актором. Поверь: ты поймешь, если ты ему понадобишься, – Солин по-отечески скривился. – Он вернется, в этом я не сомневаюсь. Огню он не нравится, но огонь знает, что Дарро никогда тебя не оставит. Даже если ты станешь парой другого.
Я сжала руки в кулаки. Натим подбежал к Солину и поднялся, уперевшись крошечными копытцами в бедро чтеца огня.
Когда он успел стать таким большим, что достает до бедра моего названного отца?
Солин переложил коробки в одну руку, погладил Натима и нежно улыбнулся. Олененок замахал белым хвостом, а потом заскучал и выбежал на солнце.
– Паллен ждет, – Солин схватился за шкуры у входа в лупик. – Иди к ней. Ее уроки успокоят твой бушующий разум.
* * *
– Нет же, дитя! Клянусь огнем, ты вообще слушаешь? – у Паллен заканчивалось терпение.
Она показывала мне, как отделить лист дамака от центрального стебля – осторожно, чтобы не оборвать хрупкие жилки.
– Вот так. Видишь? Чтобы лист не кровоточил. Иначе яд испарится и не сможет бороться с лихорадкой.
Я опустила плечи. Я сидела, скрестив ноги, на старой залатанной бизоньей шкуре прямо перед Паллен.
– Прости, Паллен.
– Не извиняйся. Просто сделай все правильно, – фыркнула повидавшая многое на своем пути мастерица над лекарствами.
Ее ученицы, Меко и Джилаа, на нас даже не смотрели. Их желто-коричневые и огненно-рыжие шевелюры чуть ли не смешивались; девушки сидели неподалеку и медленно превращали обычные травы в сильные лекарства.
Я завидовала тому, как изящно двигались их руки и как легко они отличали цветы по лепесткам, а листья – по запаху. Мне хотелось достичь такого же уровня мастерства, но чему бы ни учила меня Паллен, в голове все путалось и переворачивалось.
Река тихонько журчала у небольшой поляны. Ивы начали отбрасывать свои жухлые листья. Земля уже была усыпана их съежившимися остатками, напоминая о том, что да, пусть солнце все еще сияет и воздух пока теплый, но жизнь уже начинает дремать… и скоро придет зима.