– Не ты в этом виновата. С диким зверем можно подружиться, но у них есть и своя воля, – он подошел поближе, и кожу закололо. – Ты не должна винить себя и за то, что я вернулся, хотя должен был уйти. Я не смог… я должен был взглянуть на тебя еще раз. Пусть даже твоя рысь укусила бы меня снова.
Я коснулась его изодранной руки. Голос его задрожал.
– Я не стану врать – мне больно. Очевидно, что я чувствую себя не очень хорошо. Но в поступках рыси ты не виновна, – незнакомец поймал мой взгляд. – Я с радостью перенесу еще тысячу таких укусов… если это поможет тебе меня вспомнить.
Я покраснела.
Он говорил с той же мудрой уверенностью, с какой говорил и Солин… но вокруг глаз незнакомца не расползались морщины, а тело еще было сильно. Если бы я знала, в какой год родилась… то подумала бы, что незнакомец старше меня лишь на пару.
Пару лет, за которые мы могли узнать друг друга. Путешествовать вместе, любить… или пару лет, в которые мы никогда не встречались, и все те дрожащие, пульсирующие ощущения, что он мне дарил, были неправильными. Просто путали меня.
– Я не знаю, во что мне верить, – я провела рукой по сжавшейся груди.
– Скажи, что веришь в нас. Этого будет достаточно, – мужчина подошел еще ближе – осторожно, медленно, следя за тем, чтобы я не убежала.
Он понизил голос – теперь голос незнакомца темным шепотом щекотал мне кожу. Он все еще говорил на языке, которому меня научил. Языке, неизвестном людям Нила.
– Я не стану торопиться. Постараюсь тебя не пугать. Но я не стану отрицать, что внутри меня живет голод. Вот здесь, – он похлопал себя по сердцу и сжал пальцы в кулак, прижав его к груди. – С тех пор как я нашел тебя, пустота, о которой я говорил, исчезла. На ее место пришла уничтожающая меня надежда.
Он сделал еще шаг – теперь мы стояли так близко, что могли коснуться друг друга.
– Я выбрал тебя в тот самый момент, в который увидел. И меня не волнуют воспоминания, что я утратил. И видения, которые не могу разобрать. Меня не волнует напавшая на меня рысь. Мне все равно, что из-за нее я ослаб и не могу вернуться домой. Я нашел тебя, – незнакомец чуть склонил голову, и его спутанные темные локоны шевельнулись. – И этого достаточно. Более чем достаточно. Для меня этовсе .
Я громко втянула воздух сквозь зубы – под его взглядом я чувствовала себя живой.
– Я умирал, – пробормотал он; тьма ночи оплела нас, спрятала в крошечном коконе от всего мира. – Яхотел умереть. Одиночество слишком болезненно. И эта пустота… бесконечный, ужасный поиск. Я больше не мог этого выносить.
Глаза его блеснули темным серебром.