Тяжёлые пряжки ремня стукнулись о пол. Нарья нервно сглотнула, чувствуя, как сердце ускоряет бег.
Муж раздевался медленно, не торопясь, словно желая продлить мучительное ожидание.
— Как же ему стоило поступить? — стараясь, чтобы речь не звучала слишком торопливо, спросила Нарья, ведя взгляд по извивающейся ветви на потолочной балке.
— Показать жене её место.
Бум.
Первый сапог упал на пол.
На каждой веточке, отходящей от стебля, по пять листочков.
Бум.
Второй сапог стукнулся о пол.
Со лба сбежала и скрылась в волосах капля пота. Нарья продолжила пересчитывать листья на крохотных ветках.
По три цветка после каждой развилки стебля.
— Легко говорить, когда твоя жена привязана к постели, — сглотнув, чтобы голос не дрожал, продолжила она. — Интересно, как бы ты повёл себя, будь у меня возможность двигаться и пользоваться магией?
— Этого мы не узнаем, — рубаха упала на лавку.
Пол заскрипел и прогнулся под весом Августа, когда он подступил к брачному ложу.
Грудь сдавило от страха так, что стало тяжело дышать.
Принимать эту беду как ведьма не выходило. Вся её ведьминская наглость и удаль куда-то подевались. Она сжималась от страха, как самая обычная женщина. Хотелось плакать и просить, чтобы её не трогали.
Но разве мольбы хоть раз кому-то помогли?
— Почему? Лекарь сказал, что я со временем восстановлюсь, — старательно игнорируя фигуру мужа, уставившись в потолок, продолжала Нарья. — Тогда наши ночи станут куда интереснее.
— Не переживай, тебе сегодня не придётся скучать.
Нарья перевела взгляд на мужа, тот уже был без штанов. В этот раз ей не было никакого дела до того, красив ли принц, складен или чист. Её переполняли омерзение и страх, что в обычной ситуации пробуждал гнев, а сейчас лишь ужас перед собственным бессилием.
— Ещё не поздно проявить благоразумие. Яна я долго терпела, давала ему шанс одуматься и пыталась говорить с ним.
— Пощадить тебя? — он усмехнулся и залез на кровать, положив руку на голень, заскользил вверх, задирая ночную рубашку.
Всё внутри сжалось от ужаса. Хотелось поджать ноги, попытаться пнуть его, сбросить, защититься, но если она выдаст себя, толку от этого не будет. Без магии ничего не выйдет. А если она её использует — лишь навредит себе, а её боль не остановит мучителя.
— Сказала та, что убила моего брата, — он навис над ней, огромный и сильный, заставляя что-то внутри скулить от ужаса.
Нарья сцепила зубы, когда он коленом раздвинул ей ноги.
— Сказал тот, что явился захватить моё княжество, — ответила Нарья.
Уведя взгляд к потолку, начала считать листики.
Раз, два, три, четыре, пять.