— Петрович⁈ — выдохнул влетевший следом Хмельницкий, не веря своим глазам. — Твою мать, ты как здесь оказался⁈ Ты же должен быть в пещере с Зиминым!

— Зимин с Тарасовым надежно спрятаны, вьетнамцы за ними присмотрят лучше родной матери! — огрызнулся Иннокентий Петрович, пропуская внутрь остальную группу и захлопывая изувеченную дверь. — А вас, оболтусов, разве можно одних на такое дело отпускать? Вы же статистику потерь мне испортите! Пришлось марш-бросок за вами сдавать. Чуть легкие не выплюнул! Зато посмотрите, какая тут аптека! Спирт чистейший, бинты эластичные, морфин целыми упаковками! Я этот медпункт неделю грабить готов!

— Майн готт… — восхищенно покачал головой Кабыздох, утирая пот с лица. — Прапорщик Воздушно-десантных войск — это не звание. Это диагноз и состояние души.

— Разговоры! — жестко оборвал командир, мгновенно оценив тактические преимущества бетонного здания. Окна медпункта были забраны крепкими решетками, а стены могли выдержать попадание из гранатомета. — Занять круговую оборону! Ваня, Ян — к центральным окнам! Арнольд, минируй черный ход!

Бой перешел в фазу глухой, отчаянной обороны. Американцы поняли, где засел костяк диверсионной группы, и обрушили на лазарет настоящий свинцовый шторм. Пули крошили бронированные стекла, с визгом рикошетили от решеток, разрывая в клочья медицинские плакаты на стенах.

Прапорщик Пилюля, не желая оставаться в долгу, выбил прикладом остатки стекла, удобно пристроил свой дробовик на подоконнике и открыл огонь.

— Получайте, расхитители социалистической собственности! — злобно ворчал медик, методично всаживая картечь в мелькающие среди дыма фигуры рейнджеров. — Я вам покажу, как по Красному Кресту стрелять! У меня тут инвентаризация не закончена! Ваня, правее бери, там двое за ящиками прячутся!

Скобарь длинными, рокочущими очередями сдерживал натиск с главного направления, превращая любые попытки штурма в кровавое месиво. Кабыздох работал экономно, выцеливая командиров и гранатометчиков. Но силы были слишком неравны. Боекомплект псковской роты таял на глазах, а кольцо врага сжималось всё плотнее. Цэрушники подтянули еще один пулемет и начали методично разбирать бетонный фасад медпункта на куски.

— Командир! Нас так скоро вместе с фундаментом сровняют! — крикнул Рябов, перекрывая грохот канонады. Связист сидел на полу, укрывшись за массивным хирургическим столом из нержавейки. — Надо что-то делать!

Семён, короткими выстрелами снимая неосторожно высунувшихся американцев, резко обернулся к радисту. Глаза офицера лихорадочно блестели. Идея родилась мгновенно, дерзкая и безумная, как и весь этот рейд.