Семён методично выгреб всё содержимое сейфа, плотно утрамбовав бесценные бумаги на дно рюкзака. Напоследок взгляд инструктора упал на массивную золотую зажигалку «Zippo» с выгравированной эмблемой Лэнгли, сиротливо лежащую на столе рядом с раскрытой пачкой «Мальборо».
Хмельницкий криво усмехнулся, смахнул трофеи в карман разгрузки, после чего вырвал застрявший в теле врага штык-нож. Брезгливо вытерев клинок об обивку кресла, командир покинул кабинет.
В коридоре было полно сизого дыма. Иван Михайлович Скобарь возвышался над грудой щебня, словно гранитный утес. Пулеметчик невозмутимо менял раскаленный ствол своего «Печенега», используя толстую асбестовую рукавицу. Возле входа в холл валялось еще несколько тел в черной униформе — охрана пыталась прорваться внутрь, но нарвалась на монолитный пролетарский щит.
— Порядок, командир? — басовито поинтересовался богатырь, услышав шаги. Оружие сыто клацнуло, принимая новый ствол. — А то тут некоторые граждане буржуазное недовольство выражали, пришлось успокоить.
— Документы у нас, Ваня. Коды, пароли, явки. Лэнгли завтра покроется сединой, — старший лейтенант поправил лямки потяжелевшего рюкзака. Глаза офицера жестко блеснули сквозь маску из грязи и копоти. — Главная задача выполнена. База обезглавлена, самолеты горят. Теперь осталось самое сложное.
— Выжить? — философски уточнил пулеметчик, снимая ПКМ с предохранителя.
— Именно. Мы ударили им в самое сердце, но гарнизон никуда не делся. Их здесь сотни, и они злые. Выходим на свежий воздух, Иван Михайлович. Пора дать финальный бой.
Глава 17
Выход из бункера встретил Семёна и Ивана стеной невыносимого, обжигающего жара. Аэродром «Омега-Три» пылал так, словно в самом сердце Индокитая открылся филиал геенны огненной. Резервуары с авиационным топливом продолжали извергать в ночное небо реки расплавленного пламени, а на западном перроне гулко, с протяжным металлическим стоном детонировали подвесные баки искалеченных «Фантомов».
Но первоначальный шок противника прошел. Американская военная машина, получив тяжелейший нокдаун в первые минуты атаки, начала со скрежетом и кровью восстанавливать координацию. Элитные наемники и бойцы MACV-SOG — профессионалы, не привыкшие сдаваться, — стряхивали с себя оцепенение и переходили к организованным действиям.
Пространство перед Центром Управления Полетами внезапно озарилось вспышками выстрелов. Густо засвистели пули, выбивая каменную крошку из дверных косяков бункера.
— Командир, прижимают! — басовито рыкнул Скобарь, вжимаясь в стену. Богатырь высунул ствол «Печенега» из-за укрытия и дал длинную очередь наугад, заставив стрелков на площади пригнуть головы. — Очухались, капиталисты! Вон, коробочку выкатывают!