Этот конкретный экземпляр не левитировал. Он лежал в корзинке пластом, тяжёлый и мокрый. И изредка вздрагивал, а глаза смотрели в одну точку с тоскливой обречённостью больного, который уже не ждёт ничего хорошего.

— Дядя доктор! — Маша заметила меня первой и замахала свободной рукой так энергично, что чуть не выдернула пенсионерку из плаща. — Вот! Я привела! Это Зинаида Павловна, из нашего подъезда! У неё Барсик заболел!

Зинаида Павловна перевела взгляд с вывески на меня. Оглядела мокрую куртку, пакеты, автоклав под мышкой. Потом моё молодое лицо, небритое, с тёмными кругами под глазами от хронического недосыпа.

Энтузиазм на её лице, и без того негустой, угас окончательно.

— Ой, Машенька… — она произнесла это тоном, каким обычно добрые люди отклоняют подарок, который им не нравится, стараясь при этом никого не обидеть. — Такой молодой человек. Вам бы, юноша, ещё учиться и учиться. Я, конечно, благодарна, что вы тут открылись, в нашем районе с фамтехами совсем беда, но у меня Барсику что-то совсем худо… Может, нам всё-таки в государственную клинику поехать? Там профессора, оборудование…

Она говорила мягко, извиняющимся голосом, причем так говорят воспитанные люди, когда хотят сказать «нет», но не хотят обидеть. И я её понимал. Если бы мне было семьдесят и у меня заболел любимый кот, я бы тоже с подозрением отнёсся к двадцатиоднолетнему мальчишке с ламинированной табличкой на двери.

Но Маша не разделяла этих сомнений.

— Зинаида Павловна! — она выступила вперёд, встав между бабушкой и ступеньками, и в её голосе зазвенела та абсолютная, ничем не замутнённая убеждённость, которая бывает только у детей и у фанатиков, с той разницей, что дети обычно правы. — Он лучший! Он вчера Пуховику лапки починил, а они вообще не работали! С рождения! И дракона из клетки выгнал! Голыми руками! Дракон плевался огнём, а он стоял и не боялся!

Я кашлянул в кулак.

— Это была саламандра, — уточнил я. — Не дракон.

— Она огнём плевалась, — безапелляционно отрезала Маша. По её тону было ясно, что если живое существо плюётся огнём, то оно дракон, и никакие зоологические классификации тут не помогут. — И вот такая, — она развела руки на ширину, значительно превышающую реальные размеры саламандры, — и рычала!

Зинаида Павловна посмотрела на меня поверх очков. Теперь в её взгляде к недоверию примешался лёгкий испуг.

— Я фамтех, — сказал я спокойно, ставя пакеты на крыльцо и доставая ключ. — Дипломированный. Лицензия на стене. А саламандра была размером вот с эту корзинку, не огнедышащий дракон. Маша склонна к художественным преувеличениям. Заходите, я посмотрю вашего Барсика. Осмотр бесплатно.