— Барсик… беременная… шаровая молния… — она проговорила это медленно. — Но откуда⁈ Она же из квартиры не…

— Вы на каком этаже, напомните?

— На седьмом.

— Форточку открываете?

— Ну конечно, проветриваю, а как же, кислород нужен…

— Вот вам и ответ. Дымчатые сквозняки в период готовности к размножению выделяют феромоны, которые распространяются с воздушными потоками на расстояние до полутора километров. Бродячий грозовой кот учуял вашу Барсика через форточку. Залетел ночью, пока вы спали, сделал своё дело и улетел. Они тихие, незаметные и очень целеустремлённые, когда дело касается продолжения рода, — закончил я.

Зинаида Павловна посмотрела на Барсика. Барсик посмотрела на Зинаиду Павловну.

И впервые за весь приём кошка издала звук, похожий уже на нормальное, тёплое, хоть и чуть хрипловатое мурчание, в котором отчётливо слышалось: ну да, дело житейское.

«…бабушка расстроилась… не расстраивайся… маленькие внутри здоровые… три штуки… скоро вылезут… всё будет хорошо…»

Я достал две ампулы. Миорелаксант мягкого действия, безопасный для беременных эфирников, плюс антиспазматик для гладкой мускулатуры, чтобы снять напряжение, которое копилось три дня.

Набрал шприц. Игла тонкая, угол введения составил пятнадцать градусов, подкожно, в холку — стандартный протокол для мелких левитирующих видов. Барсик даже не пискнула, только ухо дёрнулось.

Второй укол отправился туда же через минуту, чтобы препараты не конфликтовали в канале.

Результат пришёл секунд через тридцать. Шерсть, стоявшая дыбом с момента разряда, начала опускаться и разглаживаться, приобретая воздушную, облачную текстуру. Такая была свойственна здоровому сквозняку.

Искры между усами погасли окончательно. Кошка обмякла на столе, вытянув лапы, и замурчала в полную силу — низко, басовито, как маленький трансформатор на подстанции.

Мурчание резонировало в столе, в моих пальцах, и даже, кажется, в стенах, потому что штукатурка над дверью тихо задребезжала. Зинаида Павловна расплылась в улыбке. Впервые за весь визит.

— Ах ты, Барсик… то есть… Барсичка…

— К имени привыкнет, — сказал я. — Они не различают «к» и «ка».

Я оторвал листок из блокнота с белочкой и начал писать. Почерк у меня был врачебный, по мнению большинства нечитаемый, но Зинаида Павловна была из поколения, которое разбирало рукописные рецепты участковых терапевтов. Школа посерьёзнее любого криптоанализа.

— Диета. Никаких зефирок с маной до родов и месяц после. Никакой рыбы, поскольку фосфор сейчас ей противопоказан. Покупаете специальный корм для беременных эфирников, называется «Нимбус», в серебристой пачке, продаётся в любом зоомагазине, стоит чуть дороже обычного, но не разорительно. Кормить три раза в день, порции маленькие.