* * *

Второй и третий дни турнира заняли посвящения. Триста греев, получивших рекомендации от своих хозяев, бились затупленными мечами пешком и верхом, бегали в доспехах, таскали грузы, дрались без оружия. Семьдесят шесть из них стали кайрами, Эрвин выдал им плащи и принял присяги. Эти события, с особым восторгом встреченные солдатами, были совершенно бесполезны для самого Эрвина: он затевал турнир вовсе не ради посвящений.

Последний, четвертый день — вот это было зрелище. Надо заметить, Эрвинова пьеса пользовалась таким успехом, что зрители находились постоянно — даже во время стрелковых состязаний и боев на мечах. Простолюдины забрасывали сцену медяками и требовали вновь и вновь повторить спектакль. Наибольшее восхищение вызывали сцены смертей, демонический черноглазый Адриан с его куплетами о власти и трогательно наивная Минерва в монастыре. Доходило до того, что зрители принимались хором подпевать… Однако в четвертый день турнира был забыт и театр, и менестрели с предсказателями. Воины, беженцы и мещане сгрудились непролазной толпой у ограды ристалища и, вытянув шеи, глядели, как на поле выезжали тяжелые всадники.

Их было сто: пятьдесят «иксов» из отборного отряда Деймона Ориджина и пятьдесят кайров других подразделений. Таким образом, это был самый массовый рыцарский турнир, какой видела Империя в последние полвека. Обычным порядком — поединок за поединком — состязание сотни всадников заняло бы неделю, так что Эрвин учредил новые, прежде невиданные правила. За раз должны были сшибаться пять пар всадников. Выпавшие из седла заменялись новыми рыцарями. Оставшиеся в седлах не имели времени на передышку и не меняли вооружения — тут же снова выезжали на позицию и сшибались со следующими противниками, и со следующими, и так пока сами не были спешены. Сломанные копья не замещались новыми. Если рыцарь лишился копья, он мог выйти из турнира, либо продолжить с мечом. Биться мечом против копья — почти безнадежная затея, однако мизерный шанс — все же шанс.

Турнир был состязанием не только мастерства, но и выносливости, способности выдержать много схваток к ряду. Упавшим давался один шанс еще раз испытать удачу. Так даже худшие бойцы участвовали в двух сшибках. А лучшие… Всадники теряли копья, детали брони, получали ранения, уже с трудом держались в седлах, но вновь и вновь выезжали на позицию, чтобы попытать счастья — попробовать одолеть еще одного противника. И еще. И еще. Кайры — чертовски упрямые парни.

Бои длились от рассвета до заката, и зрители весь день не могли оторваться от зрелища этой жуткой, драматической доблести. А вечером, наконец, определились победители. Если рыцарь спешил противника, он получал два очка. Если просто удержался в седле при очередной сшибке, — одно очко. Чемпионом стал капитан Генри Хортон — сын полковника Хортона. Он набрал сорок два очка. На втором месте с тридцатью девятью очками оказался кайр Брант Стил — помощник и приятель Деймона Ориджина. Красавчик громогласно болел за него и чуть не вырвал свои роскошные волосы, когда Брант все-таки рухнул наземь. Самому Деймону Эрвин запретил участвовать в турнире: