Она ответила Линдси — сказала название романа и имя автора. Горничная спросила: а о чем книга? Мира ответила, о чем.
— Как интересно!.. — воскликнула служанка. — Жаль, что в жизни такого не бывает, как в романах!
Мира не нашлась с ответом.
— Хотела бы я уметь читать, как вы, — вздохнула Линдси.
— Ничего сложного, — пожала плечами Мира.
— Не для меня, миледи. Меня вот пытались учить, но я не освоила даже свое имя…
— Дайте бумагу и карандаш, садитесь рядом, — приказала Мира.
Линдси сделала, Мира показала ей, как пишется имя.
— Так просто?.. Мне как-то иначе показывали…
— То были рукописные буквы, а это — печатные, как в «Голосе Короны». Так вас тоже поймут, а писать проще. Попробуйте-ка.
Линдси сделала несколько попыток и, к собственному удивлению, преуспела. Засияла от радости:
— Ах, миледи!.. Вы так!..
Тогда у Миры и родилась мысль.
— Милая Линдси, не окажете ли мне услугу?
— Хоть дюжину услуг, миледи! С большим удовольствием.
— Вы знаете в городе книжную лавку?
— Конечно, даже три, их все знают. У Пьера, потом «Крепость мысли» и еще та, что за Косой площадью, в подворотне.
— Можете сходить туда и принести несколько книг?
— Сегодня же, миледи. Вот только… не напишете ли их названия? У книг имена всегда очень длинные — боюсь, запамятую.
Мира взяла листок и задумалась, покусывая кончик карандаша. Из трех посещенных ею библиотек — в Клыке Медведя, Лабелине и Фаунтерре — попыталась припомнить самые редкие тома. Такие, которые хранитель библиотеки снимает с полки обеими руками, бережно протирает бархоткой, затем глядит на твои руки — достаточно ли чисты, чтобы коснуться святыни?.. — и с придыханием сообщает:
— Сей труд зовется… — следует пара строк текста. — Было сделано всего девятнадцать списков данного сочинения, и, смею вас заверить, миледи, вы держите в руках наиболее достоверный из них!
Наконец, Мира сумела соединить в памяти четыре витиеватых названия с именами авторов и записала на листке то, что вышло.
— Ступайте в ближайшую книжную… как вы сказали?..
— У Пьера, миледи.
— Идите к Пьеру, дайте ему список. Скажите: если у него не найдется какой-нибудь книги (скорее всего, так и будет), то пускай разыщет и отправит мне завтра со своим слугой.
— Зачем ждать до завтра? Я могу сама обойти все три лавки и принести вам сегодня же!
— Нет, Линдси, я не прощу себе, если из-за моего каприза вы весь день пробегаете по городу. Только к Пьеру, а дальше уж пускай он старается. Это его хлеб.
— Да, миледи.
Служанка собралась уходить, вертя в руках записку. Там было множество слов, из коих Линдси не понимала ни одного, но само количество впечатляло.