— О, да, сударь. Леди Теодора заказывает портреты всех студенток из Великих Домов. Их собралось уже больше двухсот!
— Мы можем увидеть их?
— Конечно, сударь. Они здесь, в гостевом доме.
Служанка клацнула рычажком, и зал осветился. Портретов действительно было несколько сотен: больших и малых, овальных и прямоугольных, ярких и выцветших с годами. Некоторые были формально строги; другие, написанные мастерской рукой, передавали чувство, отблеск души. Галереи Фаунтерры позавидовали бы коллекции, собранной в этом зале. Итан вертел головой и восторженно вздыхал. Марк, равнодушный к живописи, прошел в конец зала, где располагались самые новые работы. Вот покойная императрица-мать. Вот набившие оскомину внучки Агаты — Иона и Аланис. А вот…
— Иди-ка сюда, приятель, — позвал Марк. Итан подошел, проследил взгляд начальника, сразу узнал лицо.
— Нареченная невеста? М… Минерва Стагфорт? Разве она училась здесь?
Вместо ответа Ворон щелкнул по табличке на раме: «Глория Сибил Дорина р. Сьюзен, инф. Нортвуд, 1772».
— Это не она… — обронил Итан. — Ошибка, видимо…
— О, нет! — широко улыбнулся Марк. — Отнюдь не ошибка! Настолько не ошибка, что жуть берет!
Он ухватил служанку за руку и подвел к портрету:
— Умеете читать?
— Нет, сударь.
— Прекрасно! Скажите: кто это?
— Глория, дочь графини Нортвуд. Я хорошо ее помню, сударь. Непоседливая была девочка.
— Благодарю, ступайте. Мы еще полюбуемся немного.
Итан с трудом дождался момента, когда двери закрылись за служанкой.
— Холодная тьма!.. Сибил подменила девушек!
— Да, друг мой. Настолько очевидный обман, что никто даже не заподозрил! Медведица посадила на трон собственную дочку, а настоящую Минерву упрятала в монастырь. Это объясняет абсолютно все, даже неоконченный курс в пансионе. Глория должна была прибыть в Фаунтерру раньше сокурсниц — ведь они узнали бы ее в лицо. И отравление, и монастырь… Боги! Та, кого мы считали дочкой Медведицы, на деле ей даже не родня! У Сибил ни один мускул не дрогнул, когда приказала дать ей отраву!
— Она… лгала мне?.. — пробормотал Итан.
— Минерва? Конечно! Не только тебе, а и мне, и самому императору, да так искусно, что никто не уличил ее. Род Янмэй, как никак.
Марк рассмеялся.
— Воистину: хочешь что-то спрятать — положи на виду! А я-то все удивлялся, кого она мне напоминала, с ее абсурдным юмором, чертовой догадливостью, ямочками на щеках… Владыку Адриана, вот кого! Своего троюродного дядю!
— Она… — выдавил секретарь, — тоже в сговоре?.. Глория… то есть, Минерва — она виновна?
— Уверен, что нет. Иначе…
Стук двери заставил их обернуться. Стремительными шагами леди Марта Валерия пересекла зал. Ворон двинулся ей навстречу.