Ратников кивнул.

— Передать.

Гордеев взял трубку. Руднев смотрел на часы. Стрелки двигались медленно, почти издевательски. Внутри каждого ожидания он слышал память Каменного: ложная цель, настоящий пожар, фамилии погибших. Теперь страх опоздать нельзя было заглушить полностью. Его можно было только держать в узде, как лошадь, которая чувствует огонь и готова понести.

Первый доклад по Дубровке пришёл в двадцать три сорок семь. Настоящий эшелон со специалистами прошёл узел и вышел на следующий участок. Стоянка заняла на девять минут меньше расчётного времени. Отклонений не обнаружено. Линия связи работала. Стрелки проверены. Складская сторона под усиленным наблюдением. Несколько железнодорожников недовольно спрашивали, почему составу дали необычный приоритет, но никто не пытался вмешиваться. Гордеев прочитал телеграмму вслух. Кравцов впервые за час сел.

— Один ушёл, — сказал он.

— Да, — ответил Руднев.

— Живые люди уже далеко от узла.

— Пока недостаточно далеко.

Кравцов посмотрел на него тяжело, но спорить не стал. После Каменного слово «пока» стало почти обязательным.

Ложный эшелон подходил к Дубровке медленнее. Его специально вели так, чтобы внешне сохранить прежнюю картину: тяжёлый груз, сложность манёвра, короткая задержка на входе. На боковом пути дежурила группа прикрытия. Стрелочный перевод, где несколько часов назад нашли металлический осколок, восстановили, но не снимали наблюдение. Телефонные линии контролировали. Ремонтника, задержанного возле механизма, вывезли тихо, чтобы станция не успела наполниться слухами. Диспетчеру сообщили только о повышенной проверке дисциплины. Если Счетовод ожидал затора, он должен был увидеть признаки того, что окно остаётся открытым.

Телефон зазвонил в двадцать три пятьдесят девять. Гордеев снял трубку. Слушал недолго, затем посмотрел на Ратникова.

— Дубровка. Ложный эшелон вошёл на внешний путь. На складе замечено движение. Двое пытались пройти через хозяйственную сторону под видом ремонтников. Документы формально в порядке, но бригада их не знает. Задержали без шума.

— Что при них? — спросил Кравцов.

— Инструменты. Один свёрток пока не вскрывали. Ждут сапёра.

Ратников распорядился действовать осторожно. Через несколько минут пришло уточнение: во свёртке находились запалы, бутылка с горючей смесью и небольшой заряд, рассчитанный не на уничтожение склада, а на быстрый пожар возле деревянной пристройки. Маленький толчок. Опять. Если бы три эшелона действительно сошлись в Дубровке, хозяйственный пожар заставил бы остановить манёвры, перекрыл бы часть путей и создал панику. Ничего грандиозного. Достаточно нескольких минут.