Серов поднял голову.

— Какой контур получил два состава после проверки?

— Шифровально-связная линия транспортной координации.

В комнате стало тихо. Кирилл Иванович побледнел. Но Ратников продолжил:

— Это не означает, что утечка у Серова. Его личный вариант отличался другой деталью. Формулировка о двух составах была у старшего дежурного и у одного оператора передачи. Однако круг сужается. Именно для этого группа существует.

Серов медленно выдохнул.

— Понял.

— Завтра продолжим.

— До шести утра ещё доклад, — напомнил Гордеев от двери.

Ратников посмотрел на часы.

— Верно. Значит, первый день не завершён. Только сменил форму.

Кравцов вошёл в комнату почти одновременно с последней фразой. На лице было выражение человека, который давно смирился с тем, что отдых является вражеской пропагандой.

— Левченко заговорил чуть подробнее, — сказал он. — Не из любви к истине. Понял, что конверт уже прочитан. Утверждает, будто передавал сведения не немцам и не диверсантам, а человеку из внутренней линии, который просил следить за возможными провокациями Руднева. То есть считал себя почти полезным.

— Фамилия? — спросил Ратников.

— Не знает. Или говорит, что не знает. Встречался через посредника. Получал указания в ячейке до востребования. Один раз видел мужчину лично: перчатки, тихий голос, вежливый. Похоже на описание человека, платившего Макарову у дома Лапшина.

Руднев почувствовал, как линии снова сходятся. Дом у старого сада. Человек с перевязанными руками. Код «Покойник». Макаров. Вежливый голос. Перчатки летом. Теперь Левченко и конверт о папке, уходящей наверх. Посредник, который объясняет собственную работу как защиту от провокаций Руднева. Счетовод строил не только диверсионную сеть. Он давал людям нравственное оправдание, достаточно удобное, чтобы они не считали себя предателями.

— Он действительно мог верить? — спросил Руднев.

Кравцов поморщился.

— Частично. Люди охотно верят в то, что позволяет брать деньги и чувствовать себя полезными одновременно.

— Значит, используемый человек с элементами сознательного участия, — сказал Гордеев.

— Не начинайте классифицировать живого, пока я не закончил спрашивать, — раздражённо ответил Кравцов. — Но да. Похоже.

Ратников задумался.

— Перчатки и вежливый голос. Один и тот же посредник или одинаковая легенда. Проверить места встреч. Левченко не закрывать как конечную фигуру. Дать ему возможность передать контролируемое сообщение.

Кравцов усмехнулся.

— Уже подготовил. Спросил только, что писать.

— Напишет: «Группа создана. Руднев допущен к ежедневным докладам. По Вязовцу проверяют водоснабжение. Чернов пока не взят». Добавим контрольное отличие. Пусть укажет, что доклад уходит к семи утра, хотя реально уходит к шести.