Однако «пересекаться» там с тем же маршалом Советского Союза Чуйковым, командармом 62-й в той эпохальной битве на Волге, или главным маршалом артиллерии Вороновым, «кураторами» темы, совершенно не хотелось, просто по-человечески обидно, что его «затерли»…
— Можно было иначе все сделать, уж слишком много ошибок допустили, как в Москве, так и в войсках. Немцев ведь на Днепре могли остановить, и не оставили бы ни Киева, ни Смоленска. Силища ведь немеряная была, и ее мы бездарно профукали, под удары подставляясь.
Василий Иванович тяжело вздохнул, поглядывая на листки, разложенные на столе. Вот уже как четыре года в отставке, уйдя из Генштаба, а работа все егоне отпускала старого генерала. Он каждый день перебирал выписки и смотрел таблицы, прекрасно понимая, чтотакую правду сейчас печатать нельзя, только для «служебного пользования» (и то лучше засекретить), поэтому отложил работу над мемуарами. Однако силы таяли с каждым днем, боль постоянно терзала — генерал скрючился от очередного приступа. Теряя сознание, отчетливо понял, что теперь и за ним самим пришла смерть. Страха не было, одно лишь горькое сожаление, что не суждено пережить минувшую войну заново — ведь все могло пойти совсем иначе…
Последняя «громкая» победа Русской Императорской армии, как ни странно, но ставшая прологом к революции…
Часть первая Глава 1
— Завтра начнется война — сейчас в этом полностью уверен. Что ж — теперь можно действовать, за сутки можно совершить многое, причем так, что мало кто поймет суть происходящего. Я долго ждал этого дня…
Командующий 3-й армией генерал-лейтенант Кузнецов тяжело вздохнул, потирая виски пальцами — очередной приступ головной боли был изматывающим. Так уж произошло, что ровно четыре года тому назад Василий Иванович проснулся утром 20 июня, и долго не мог прийти в себя, с удивлением рассматривая собственные руки, долго вглядывался раз за разом в свое зеркальное отражение. Сказать, что был ошарашен сном, совершенно не подходит — добрую неделю не мог прийти в себя. Да как, скажите на милость,такое вообще может быть сновидением — ему явственно привиделось, что он прожил еще двадцать семь лет, за которые много чего случилось в жизни, и не только неприятного, но и самого страшного. Ужасная четырехлетняя война с фашисткой Германией, которая через несколько лет наберет силы, походя завоюет с необычайной легкостью всю Европу. Потом двинется на восток, начав войну 22 июня 1941 года — и за полгода вермахт дойдет до стен Москвы, девятьсот дней и ночей будет держать Ленинград в жуткой голодной блокаде, и страна потеряет многие и многие миллионы жителей.