Всё остальное меня не интересует.
Кукурузу я всё-таки нахожу. Не знаю, каким чудом, но в одном круглосуточном магазине лежат несколько початков в вакуумной упаковке, и через сорок минут я уже возвращаюсь домой с пакетом, замёрзший, злой на пробки и довольный собой так, будто выполнил особенно сложное задание.
Люба встречает меня на кухне, придерживая одной рукой живот, а второй листая какие-то записи в телефоне.
Плед она так и не сняла, просто накинула его на плечи и теперь стоит передо мной, похожая на очень сердитую маленькую царицу.
— Нашёл? — спрашивает она, сразу заглядывая в пакет.
— Нет, — серьёзно отвечаю я, снимая куртку. — Принёс тебе картошку.
Она медленно поднимает на меня глаза, и я не выдерживаю, улыбаюсь и достаю упаковку.
Люба тут же прижимает её к груди, будто я подарил ей драгоценность, а потом, заметив наши с Данилом лица, снова хмурится.
— Не смейтесь. Я правда очень хотела.
— Да мы ничего, — говорю я, подхожу ближе и целую её в висок. — Садись, я сейчас сварю.
— Только не перевари, — предупреждает она, устраиваясь за столом и открывая лежащий рядом блокнот. — И соли побольше. Нет, лучше я сама потом посолю. Ты опять насыплешь половину пачки.
— Люба, может, хватит работать? — спрашиваю я, ставя кастрюлю на плиту и краем глаза наблюдая, как она начинает быстро что-то записывать. — Тебе пора думать о семье. О новорождённой, которая скоро появится, о нашей доченьке, об отдыхе хотя бы иногда.
— Я и думаю о семье, — отвечает она, не отрывая взгляда от записей. — Но у меня новая свадьба через две недели. Там невеста уже три раза поменяла цвет скатертей и теперь хочет арку совсем в другом стиле. Я не могу всё бросить.
— Можешь, — возражаю я, уменьшая огонь и прислоняясь бедром к столешнице. — Просто не хочешь.
Люба поднимает голову, устало выдыхает и кладёт ручку рядом с блокнотом.
— Саш, ты же знаешь, мне скучно. Я не умею целыми днями сидеть и ждать родов. Тем более я почти всё делаю из дома.
— А потом будешь ночью не спать, днём работать и говорить, что совершенно не устала, — отвечаю я, подхожу к ней и осторожно забираю блокнот. — Давай хотя бы сегодня без свадеб. Сейчас поешь, потом пойдём смотреть фильм.
— Давай я ещё чуть-чуть поработаю, пока кукуруза варится, — просит она и тянется за записями, но я поднимаю их выше. — Саша, отдай.
— Не надо, уже поздно, — говорю я, убирая блокнот на холодильник, куда она сейчас точно не полезет со своим животом. — Сегодня ты отдыхаешь. И даже не смотри на меня так.
Она ворчит что-то себе под нос, но всё-таки откидывается на спинку стула, гладит живот и через несколько секунд протягивает ко мне руку. Я сразу подхожу, переплетаю наши пальцы и наклоняюсь, чтобы поцеловать её.