И вот именно эта его заминка меня напрягает.
Потому что на долю секунды я, как идиотка, слышу это “моя” — и во мне вспыхивает что-то давно похороненное.
Не радость даже. Хуже. Как будто тебе в старый шрам ногтем ткнули.
Но он, конечно, быстро выкручивается.
— …старая знакомая.
Вот и все.
Старая знакомая. Я чуть не смеюсь ему в лицо.
Старая знакомая. Такаы уж старая, Саша? Ссам то давно молодым стал?
Не женщина, с которой он когда-то собирался жить. Не та, которую целовал так, что у меня колени подкашивались. Не та, которая потом сидела одна с двумя полосками в руках и ревела в подушку. Не та, которая мечтала за него замуж. Не та, которая похоронила половину своей молодости в этом его молчании.
Старая знакомая.
ЗНАКОМАЯ! ОК.
Ну конечно.
— А ты что? Что-то не так согласовали? — уже спрашивает он у блондинки, будто ничего не случилось.
А я стою и чувствую, как меня изнутри распирает сразу всем. Злостью. Стыдом. Неловкостью.
Какой-то идиотской болью, которая вообще не должна была так быстро проснуться.
И главное, что я злюсь не только на него.
На себя тоже. За то, что меня вообще качнуло и так коротко, так по-живому полоснуло.
Клиентка, надо отдать ей должное, не дура. Она все считывает сразу.
— Да нет, — говорит она. — Все понравилось. Вы поговорите тогда, а я пока осмотрюсь.
И уходит.
А я стою, все еще глядя на него, и мне уже плевать, что это клиент, что работа, что надо держать лицо.
Потому что я в эту секунду только одно думаю… только бы это не была его женщина. Только бы не его свадьба.
И от этой мысли мне становится еще противнее. Потому что с какого черта меня вообще это волнует?
Шарапов, сволочь, видимо, что-то у меня на лице считывает, потому что уголок рта у него ползет вверх.
— Это жена моего друга, — произносит Саша и кивает куда-то в сторону.
Я машинально смотрю.
Там чуть дальше стоит мужчина, разговаривает по телефону. Высокий, светловолосый мужчина. Лет… на пять, ну, моложе меня. Это видно сразу. Не мальчишка, конечно, но моложе.
Такой весь вылизанный и эта блондинка рядом с ним смотрится так, будто они с обложки какого-нибудь журнала про красивую жизнь.
Похожи на пару, особенно тогда, когда она его успокаивающе по плечу гладит.
— Его невеста, а не моя, — добивает он.
И вот тут внутри меня предательски отпускает.
Совсем чуть-чуть.
На секунду.
Как будто туго натянутую веревку кто-то ослабил.
И я от этого чуть не взрываюсь еще сильнее. Потому что какого черта мне легче? Почему мне вообще не все равно? Почему я вообще это почувствовала?
— Понятно, — отвечаю я тут же. — Это не имеет значения.