– Он пропал, – сказала Эмма вслух.
Она прижала ладонь к губам, беспомощно оглядываясь. Эдгар исчез, пока они ругались. Неужели с ним случилось то же самое, что с Элизой? Он просто взял и испарился?
– О… – протянула Мэдди, совсем бледная от ужаса. – Он… Он…
Она не осмелилась закончить мысль.
Тут Эмма заметила кое-что. Взрытую землю на краю опушки. Она подошла ближе, затаив дыхание. И, к своему огромному облегчению, увидела неглубокие следы, ведущие вглубь чащи.
– Он не испарился. Просто ушёл в лес.
– Искать охотника, – договорила за неё Мэдди дрожащим голосом.
– Надо его найти, – сказала Эмма. Она прекрасно понимала, что ситуация не из лучших.
Мэдди кивнула, и они пошли по следам.
Эмма хотела накричать на Мэдди, ведь это из-за неё Эдгар стал бесстрашным и теперь рисковал попасться в лапы охотника, но, обернувшись, увидела, что подруга напугана и расстроена не меньше её самой. Мэдди всё поправляла лямку сумки Эдгара, которую несла на плече, и руки у неё дрожали. Эмма решила, что пока лучше не разводить ссору. Она отвернулась от Мэдди и стала всматриваться в тёмные сосны, при этом поглядывая себе под ноги, чтобы не споткнуться о камни и корни.
В животе всё переворачивалось от волнения, а стук сердца отдавался в ушах. Им нужно было как можно скорее найти Эдгара. Одна мысль о том, что с ним могло случиться… Нет, Эмма не желала об этом думать. Ещё меньше суток назад она его ненавидела. А после всего, через что они прошли, её чувства изменились. Эмма осознала, что они с Эдгаром – семья. По-настоящему. И теперь это слово приобрело для неё новый смысл.
– Надо его найти, – сказала она решительно.
Мэдди кивнула. Она хмуро смотрела прямо перед собой, словно пытаясь на чём-то сконцентрироваться.
Несколько минут они шли молча, только иногда останавливались, складывали ладони рупором и звали Эдгара, стараясь не кричать слишком громко. Всё равно он вряд ли их услышал бы за хрустом листвы и веток на лесном ковре. И, может, вовсе не стал бы им отвечать. Как полное бесстрашие меняет человека? Вдруг он не станет обращать на них внимания? Скажем, ему больше не страшно потерять друзей? Даже остаться совсем одному? Насколько все плохо? Сотрёт ли эта магия заботу обо всём, что ему дорого?
От этой мысли ей стало тошно, и она вновь ощутила прилив злости. Эмма стиснула кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не накричать на подругу. Мэдди и так уже поняла, какую серьёзную ошибку совершила.
– Эмма, ты права, – вдруг заговорила Мэдди. – Прости, пожалуйста.
Она закусила губу, и лицо у неё было очень грустное.