Он встаёт, подходит к сейфу в углу кабинета, открывает его. Через мгновение возвращается к столу и кладёт передо мной небольшой кожаный мешочек. Я слышу, как внутри звякает металл.
- Вот, - говорит он, пододвигая его ко мне. - Возьми на первое время. Ты можешь потратить их на что угодно - платья, книги, всё, что тебе нужно. Или просто оставить, чтобы знать, что у тебя есть выбор.
Смотрю на мешочек, потом на него. В его жесте - забота. Но внутри закрадывается сомнение. Он так щедр. Так внимателен. Но маркиз тоже говорил, что заботится обо мне - а потом показал своё истинное лицо.
- Почему вы вспомнили обо мне только сейчас? Что вы хотите взамен? - спрашиваю тихо, глядя ему в глаза.
Герцог замирает. На мгновение его лицо становится непроницаемым.
- Я всегда помнил о тебе, Аврора, - говорит он, и в голосе слышится горечь. - Но я не мог найти способ связаться с тобой. Твой отец был слишком силён, слишком влиятелен. Он контролировал всё вокруг тебя. Он следил за тобой, за твоими контактами. Каждый раз, когда я пытался приблизиться к тебе, я натыкался на стену.
Он хочет продолжить, но в этот момент раздаётся стук в дверь. Не дожидаясь ответа, дверь распахивается, и в кабинет влетает взъерошенный мужчина лет тридцати - с тёмной шевелюрой, которая отчаянно просит расчёски. Он низок и полноват, с мягкими чертами лица, но глаза горят живым, неуёмным огнём - в нём чувствуется человек, одержимый своим делом.
- Герцог, прошу прощения, что врываюсь, - выпаливает он, переводя дыхание. - Но это срочно. Мы только что протестировали исправленный узел.
Переводит дух.
- Исправления, которые были внесены, оказались верными, - продолжает он, не замечая меня. - Кто бы это ни сделал, я готов пожать ему руку.
Герцог переглядывается со мной - в его глазах мелькает лёгкая усмешка. Я вижу, он раздумывает: представить меня этому человеку или пока оставить всё как есть.
- Сеньор Бести, - говорит он наконец, - позвольте представить вам леди Аврору, мою племянницу. Именно она внесла те исправления в ваш чертёж.
Сеньор Бести замирает, уставившись на меня так, будто я явилась из другого мира. Глаза расширяются, рот приоткрывается.
- Племянница... ваша? - переспрашивает он, явно не веря своим ушам. Уставился на меня с почтительным удивлением. - Леди Аврора? Вы... вы понимаете в механизмах? Но вы же девушка?
Позволяю себе лёгкую, холодную улыбку.
- И всегда была, сеньор Бести. И должна заметить: механизмам, кажется, всё равно, какого пола руки их создают.
Бести смущается, поняв, что сказал что-то не то.
- Прошу простить меня, леди, - говорит он с искренним смущением. - Я просто... в моей практике я не встречал женщин, которые разбирались бы в артефакторике и механизмах так глубоко. Это необычно.