Сделав очередной марш-бросок, мы наконец-то запрыгнули в окопы, успели увидеть лица тех, кто встречал нас, и оказались в кромешной тьме. В одну секунду кто-то огромный и невидимый нажал на выключатель, и в мире погас весь свет.
– Ну вот мы и на точке, – услышал я голос проводника.
– Вы тут располагайтесь, а мы погнали. Нас уже ждут, – услышал я в темноте незнакомый голос старшего группы, которую мы меняли. – Давайте, удачи, мужики.
– А что тут? Как тут? – успел я задать важные вопросы, но они остались без ответа.
– Кошка бросила котят, пусть ебутся, как хотят, – прокомментировал Сашка Особик нашу ситуацию.
Как таковой позиции не было. Были плохо вырытые ямки, углубления в земле и одно место, отдаленно напоминающее блиндаж. Пришлось располагаться в кромешной тьме на ощупь. Углубления в земле и канавы шли с востока на запад. Впереди располагался Бахмут, справа за шоссе находились ангары, сзади ангар с бойцами пятерки, а с запада, скорее всего, были только украинцы.
Началась наша первая ночь. Я равномерно распределил группу по выемкам в земле, выставил фишки и распределил сектора обстрела. Блиндаж, по сути, был таким же окопчиком, только накрытым сверху нетолстыми бревнами. Время от времени я залезал в него, чтобы соблюсти светомаскировку, когда мне нужно было посмотреть точку на карте.
– Может, по-быстрому сгоняем за шмотками нашими теплыми? – предложил Робинс.
– У меня нет волны пятерки, чтобы по рации предупредить их. А так поползем, есть шанс, что они насприбаранят.
– Ладно, до утра крепанемся, – согласился он.
Со стороны хохлов с наступлением ночи стало лететь много подарков. Все свои утерянные позиции они знали прекрасно, и я быстро понял, что все здесь пристреляно. Нам повезло, что им было не до нас, и по нам велся не сильно интенсивный огонь. Адреналин бурлил в крови, и никто не смог по-настоящему уснуть и отдохнуть как следует. В этой темноте можно было надеяться только на слух, и когда я вслушивался в шум прилетов и боя, который всю ночь шел чуть дальше ангаров, мне мерещились ДРГ и наступление тяжелой техники. Ее звуки раздавались всю ночь, и даже если она ездила в нескольких километрах от нас в центре города, мы слышали ее, как будто она была в ста метрах.
С восходом солнца мы стали окапываться, и Особик, у которого была удивительная чуйка, нашел присыпанный разрывом схрон с пайками и ящиком хорошей свиной тушенки «Made in Ukraine». Мы разделили ее поровну между всеми и продолжили окапываться.
Буквально за сутки мы освоились на месте и узнали, что аккумуляторы к рации нужно менять на «Трубах», где стоял генератор, заряжавший их. Пайки и воду нужно брать там же. Пока ходили забирать наши баулы с теплыми вещами у пятерки, зацепили несколько цинков брошенного БК. Жизнь стала налаживаться, а наши ямки, благодаря полученным знаниям по возведению траншей и блиндажей, превратились в полноценный укреп.