– Да, ясно…
Поток трехсотых не прекращался всю ночь. Группы эвакуации работали без перерыва, по дороге попадая под минометы и ВОГи. Смерть была повсюду. На передке, в ангаре и по дороге из ангаров в тыл. Для трехсотых это превращалось в смертельный квест «Выживи, если повезет». Пацаны рисковали жизнью ради спасения своих товарищей. С точки зрения математики и прагматизма, это не имело смысла, но было важно для нашего духа и человеческого отношения к своим товарищам. Зная, что тебя не бросят и вынесут, что за тебя будут бороться до последнего, бойцы сплачивались и становились единым организмом. Иммунитетом, который боролся с врагом и побеждал больше духом, чем техническими средствами, которых на тот момент не хватало.
44. Парижан, Тельник, Фаберже. 1.0. ПВД на Клиновом
По приезде в Клиновое нас, брянских, перемешали с другими группами, которые находились здесь и ждали выезда на передок. Все они тоже только прошли обучение и были распределены в РВ. Нас разместили в подвалы и сказали, что скоро мы будем выдвигаться в Зайцево. Понимая, что завтра нам предстоит вместе воевать, я решил познакомиться с будущими однополчанами и подсел к двум парням, которые о чем-то болтали и ржали. Эта располага ничем не отличалась от пересылки, где нам всем точно так же приходилось знакомиться, чтобы понять, кто есть кто.
– Привет пацаны, – первым обратился я к ним и, протянув руку, представился. – Парижан.
– Фаберже! – протянул мне руку коренастый, с широкой улыбкой на пол-лица, воин.
– Нихера вы?! – удивился его друг. – Я как будто во Францию попал. Даже как-то неудобно за себя. Тельник. Просто Тельник.
– А вы откуда, пацаны?
– Самарские оба. А ты?
– С Брянска. С самой границы с Украиной. Я даже видел, как все началось, и первые ракеты полетели.
– Где это?
– Да где? В зоне. У нас зона всего в сорока километрах от границы была.
– И прям над вами летали?
– Ага… Понятно же было, что начнется, еще за день, – я вспомнил тихую, однообразную атмосферу в отряде, и меня накрыла волна тоски. – Мы как раз сидели, смотрели телевизор вечером двадцать третьего. Тут Денис Пушилин и Пасечник из ЛНР попросили помощи от России, что они типа не вывозят. Я уже тогда понял, к чему все идет. Говорю: «Братва, вот увидите, война будет!» Они ноль внимания. А утром, в шесть, выходим на зарядку на плац, и смотрю в небе – как звезда такая летит. «Пацаны, глянь-глянь, что это такое?!» – показываю им. От ракеты развод, как будто дракончик следом летит. То есть не просто ровная струя пламени. Она как-то закручивается – как воронкой, – стал показывать я в воздухе особенности полета струи от ракеты. – Я говорю: «Гляньте, что пошло! Это как будто континентальная ракета». А они: «Да нет, тебе показалось». И мы все смотрим: пошла вторая, третья, четвертая… – прям больше десяти штук выпустили. А дальше уже президент выступил, объявил о начале СВО. В общем, пока нас вагнера не забрали, постоянно там что-то летало.