– Ты чего лыбишься, Иван?
– Радостно мне. Душа ликует!
– На войну же едем?
– По сравнению с моей прошлой жизнью… По сравнению с тем, что я натворил… Война – это праздник. Освобождение!
– Забыл тебя спросить. Хотел все, да забыл… Ты матери-то сказал?
– Грешен. Соврал… Вернее, недоговорил, – посмотрел я ему в глаза. – Понимаешь… Соврал, но не совсем. Сказал матери, что отправляют на исправительно-трудовые работы. Окопы копать, в Луганск.
– Поверила?
– Спросила: «Точно не на войну?» А я ей: «Мам, да кто нас там на войну-то пустит?» Она говорит, что в интернете видела. А я ей: «Да что ты веришь кому-то?! В интернете все что угодно напишут! Зеков пустят на войну?! Ты слышала закон такой?» Она говорит: «Нет». «Ну и все!» Брату тоже поушам проехать хотел, но брат меня сразуспалил и сказал: «Ты походу на войну!». Спросил: «К вам Пригожин приезжал?». Я говорю: «Нет». В общем, спорить он со мной не стал, но я так понял, что он мне не поверил.
– А я своим сказал, как есть. Чтобы уж знали, если что…
Тюрьма давно научила меня, что нужно отсекать вещи, которые могут мне навредить. Казалось бы, чем может навредить общение с близкими и друзьями? Когда ты привязан к кому-то, то попадаешь на крючок этих переживаний. И знаешь, если ты не позвонишь вовремя, то мама будет сильно переживать там, дома. А в тюрьме с тобой может случиться все, что угодно. Поэтому я давно стал отучать родных от регулярных звонков и постоянного общения. Потому что в тюрьме нет ничего опаснее того, что может тебя сломать. А что сильнее привязанности к близким?
– Ладно, после прощения попрошу, – пообещал я себе и Сашке.
– Бог простит, Ваня. Бог нас всех простит.
Я знал много молитв. Я читал утреннее правило. Читал молитвы, обращенные к Богородице и к Господу. Но сейчас мне захотелось прочитать свою любимую молитву. Я закрыл глаза, обратился внутрь себя взглядом и стал про себя читать: «Царю Небесный, Утешителю, Душе истины, Иже везде сый и вся исполняяй, Сокровище благих и жизни Подателю, прииди и вселися в ны, и очисти ны от всякия скверны, и спаси, Блаже, души наша».
2. Гаврош. 1.0. РВ – разведвзвод
Я работал на дальнем направлении, когда узнал, что российская армия зашла на «хохлому ». Сказать, что я был удивлен – это, мягко говоря, ничего не сказать. В то же время у меня практически сразу возникло непреодолимое желание по окончании работы выдвинуться туда.
Ситуация на войне быстро менялась. У нас не было полного доступа к информации ввиду запрета на гаджеты внутри компании, но по отдельным слухам, которые мы обсуждали с пацанами с Донбасса в моем отряде, складывалось впечатление, что меняется она не в нашу пользу. Буквально через пару месяцев мы узнали, что компанию пригласили поучаствовать в мероприятии на Украине. Туда отправились один за другим сразу три отряда, но к моему сожалению, отряд, в котором работал я, не попал в эту отправку. С утра я пришел в палатку командира нашего взвода, решив обсудить возможность поехать в Украину. Выслушав меня, он коротко ответил: «Базара нет. Иди к командиру отряда». Командир и штаб располагались в вагончике, куда я и направился.