– Интересно, что было бы с Толстым, если бы Флир не подарил мне свою аптечку? – чисто гипотетически спросил я вслух Гудвина, когда вернулся на точку.
– Сдох бы твой Толстый, – просто и реалистично констатировал факт Гудвин. – Что тут думать? Вытек бы и пиздец.
14. Миор. 1.0. Пулеметчик
После того, как мы познакомились в Клиновом со всеми нашими отцами-командирами, нас решили отправить в посадку, чтобы мы немного привыкли к шуму и запахам войны: погрузили на мотолыгу и отправили козьими тропами в ту сторону, где были слышны взрывы и автоматные очереди.
– Как думаешь, куда нас везут? – спросил я у Архыза, стараясь перекричать ревМТ-ЛБ . Архыз был прикольным дядькой, кашником, откуда-то с Кубани, который всегда отвечал мне на мои вопросы.
– Понятно куда, к передку поближе. На задние позиции, куда уже долетают минометы, где идет там обстрел какой-никакой.
– То есть, не сразу в бой?
– Надеюсь, что нет. Сначала попривыкнем, а после этого уже отправят на пополнение разных групп.
– Грамотная тема.
Пока мы газовали на мотолыге и ловили лицом грязь, я стал вспоминать, как приехал в Молькино и мы начали обучаться. Сначала меня поставили водителем-штурмовиком. Хотя в армии я был пулеметчиком, но если уж говорить честно, то пулеметчик я был так себе. Поэтому, когда проходили фильтр, сказал, что служил обычным стрелком. Да и ребята, с которыми я познакомился в учебке наМолях , четко дали мне понять, что «…тут можно быть кем угодно, только не пулеметчиком и не гранатометчиком! Этих снайпера убирают первыми…». Именно поэтому я не вызвался по воинской специальности и, когда меня записали в штурмовики, подумал, что меня пронесло. Но на третий день наших тренировок, видимо посмотрев мой военник, меня вызвали в командирскую палатку и все-таки назначили пулеметчиком. «Да ладно?! – подумал я тогда. – Закон подлости. Если кем-то не хочешь быть, обязательно им станешь».
На следующее утро я начал бегать с пулеметом. Инструктор Иван гонял нас, чтобы мы подольше прожили в бою. На меня он обращал особое внимание. В моей памяти всплыло его улыбчивое лицо и приколы, которыми он сыпал с утра до ночи. «А ты чего углы не нарезаешь? Ты так долго не протянешь, Миор», – Иван требовал, чтобы янарезал углы , когда мы занимались тренировочными дуэлями для ведения боев в окопах. И особенно – во время игрушечных перестрелок между собой во время штурма зданий. Иван был очень крутой спэшл и воевал уже не первую командировку, и мне было приятно его беспокойство обо мне. Через несколько дней, глядя на то, как я нарезаю углы, Иван подошел ко мне с грустным лицом: