– Есть! Попал! – радостно закричали мы.
Гаврош дал нам добро на два выстрела и мы, быстро перезарядившись, выстрелили еще раз. В этот раз произошел обрыв лески, и ракета, уйдя в сторону, взорвалась в нескольких десятках метров от дома.
– Промах! – с досадой вырвалось у меня.
– Пацаны, сматываемся! – крикнул нам Шах. Мы быстро свернулись и побежали в пещеры.
Несмотря на второй промах, меня переполняли адреналин и восторг. «Не зря учились! У меня вышло! Не подкачал!» – думал я, быстро улепетывая с открытки.
Мы подбежали к пещерам, внутри которых у входа стояли радостные Гаврош и Форсайт, глядя в экран пульта управления птичкой и оживленно что-то обсуждая.
– Молодцы, пацаны! – с ходу поздравили они нас. – Когда попали в дом, оттуда два хохла выбежали, горящие как факелы.
– Я никого не видел…
– Так они же не на вас, а с другой стороны выскочили. Вот, смотри! – стал показывать он запись.
На видео было видно, как моя ракета залетела в дом, и оттуда по очереди выскочили два украинских солдата. Они пробежали несколько метров, упали и стали догорать. Никто не пришел им на помощь, они подергались, пытаясь снять с себя горящую форму, потом затихли.
– Везет новичкам, – хлопнул меня по плечу Форсайт. – Ты на открытке шесть минут стрелял. Обычно хохлы такого не прощают. Могла легко прилететь ответка.
– Да?
– Конечно. Вашему расчету просто повезло. Но зато у нас теперь есть реальный расчет ПТУР. Будем работать.
Сапалер. 1.3. Психушка «Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу, когда мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно». (2-е Коринфянам, 4:17–18)
Через сутки мы вернулись на «Психушку» и опять собрались все вместе. Нам зачитали расписание фишек по зданию, и я понял, что спать смысла нет – через пятнадцать минут нужно будет заступать. Я не стал раздеваться и так и остался в полном обмундировании.
– Может, чайку подварим? – спросил я у Робинса и Зибеля.
– Давай, раз тебе все равно не спать.
Мы нашли небольшой закуток, защищенный тяжелой железной дверью, который располагался недалеко от лестницы, ведущей из подвала наружу, и стали настраивать необходимое для чаепития.
Подвал в психушке, как и любой подвал общественных зданий, сделанных во времена СССР и холодной войны с НАТО, был многофункциональным. Проектировало и строило его военное поколение, которое не понаслышке знало, как важны бомбоубежища и места, где могут спрятаться военные и гражданские. Поэтому все подвалы в общественных зданиях были построены как укрытия во время артналетов и бомбежек.