– Это создания тоски и печали. Наполовину духи, наполовину чудовища. Души ведьм, поглощенных собственной магией. Рейфы питаются эмоциями, причиняя страдания человеку или семье, к которой привязаны. Иногда ковен отправляет охотника найти рейфа и отвязать его. Рейфа нельзя убить, но можно развеять. Сложнее заданий у охотников не бывает, ведь это все равно что смотреть на себя в зеркало – и видеть, чем ты мог стать, если бы не входил в ковен или если бы тебя изгнали до окончания обучения.
Я вздрагиваю.
– Значит, Лори должна оставаться в ковене?
– Да. – Мы подходим к скамейке. Эли садится, я опускаюсь рядом с ним. – Конечно, с другой стороны, ведьма может использовать чрезмерно много силы. Ты заметила, что у них черные ногти? Так вот, когда ведьма слишком выкладывается, тьма разливается по ее венам, а иногда выплескивается и в глаза. И ведьма сгорает – не потому, что направляет силу не туда, а потому, что задействовала слишком много магии.
– Значит, дело в балансе. Лори учится контролировать себя и сохранять равновесие.
– Было время, когда я боялся, что она становится совсем как другие ведьмы. Она, несмотря на сильную волю, была слишком импульсивна и порывиста. Но потом у нее появился фамильяр, Нова, и это, кажется, успокоило ее.
Я вспоминаю звучавший у меня в голове голос Новы и то, что она казалась мне чем-то гораздо большим, чем просто кошка.
– А что эти фамильяры вообще из себя представляют? И почему они есть не у всех ведьм?
– Ох, не спрашивай меня, что это за существа, что там прячется под их шерстью. Фамильяры стары, как драконы. У них своя магия, свой голод. Они сами выбирают себе ведьм и выбирают обычно самых могущественных. Лори – одна из таких.
Несколько секунд мы сидим молча, и я начинаю понимать, как сильно рискует Лори, рассказав нам о книге секретов сирен и о том, что на меня охотятся. Мне невыносима эта мысль: что с ней станет, если ей придется покинуть ковен, если она не завершит свое обучение?..
– Я должна пройти через это, – говорю я. – Пройти через все. Не только через привязку. Мы должны забрать ту книгу. И не допустить, чтобы на Лори пали подозрения.
– Ты уверена, Мира?
– Лори внесла свою лепту. Теперь дело за мной, правильно? – Я поднимаю взгляд на Эли и вижу, что и он смотрит на меня.
Меня обдает жаром, дыхание застревает в горле. Нас разделяют считаные дюймы, наши тела почти соприкасаются. Мне до боли хочется, чтобы наши пальцы снова переплелись, но я задвигаю это желание подальше и сосредотачиваюсь на том, что пытаюсь сказать. На решении, которое принимаю.