– Джентльмен справа от тебя, Мира, торгует блестками, – шепчет Элайджа, – а мужчина рядом с ним владеет шахтой на Вальстре. Слушай.
Я притворяюсь, что хихикаю, словно Элайджа отмочил самую веселую шутку в мире, и чуть наклоняюсь в сторону группы мужчин, сидящих за соседним столиком.
– …налоги на Скайлане постоянно растут.
– Но оно того стоило? Теперь Дальние острова под контролем, число столкновений с монстрами сокращается.
– Вот уже какое-то время нет никаких проблем с проходом Проливов. Не считая расходов, конечно. Существуй другой безопасный путь, я бы ходил им.
Элайджа приподнимает брови и наливает себе еще чая.
– Я слышал, на следующей неделе вы выставляете на аукцион несколько жил, Тиминс.
Тиминс громко хохочет и продолжает бахвалиться двумя кораблями, которые доставит с полным грузом через три дня, а его партнер говорит что-то о тайном порте, гарантирующем безопасный проход по водам Арнхема. Я смотрю на Элайджу. Три дня… наверное, это именно тот груз. И если Реншоу, оставив пиратство, действительно договорилась с торговцами, то на кону не просто товары. На карту поставлена ее репутация – и мы уж позаботимся о том, чтобы эту репутацию подорвать. Удовлетворение согревает желудок, и я беру еще одно пирожное, уверенная, что мы все уже уяснили.
Элайджа придвигает свой стул ближе, наклоняется и шепчет мне в ухо:
– Ты думаешь то же, что и я?
Его колено под столом касается моего, я вдыхаю его запах, манящий запах прилива и полуночи со свежей ноткой лимона. Он тянется к сахарнице, кончики наших пальцев встречаются, и сердце мое бешено колотится от внезапного осознания его близости.
– Возможно. Я думаю, что мы получили ответ, – говорю я, не отрывая глаз от серебристой полоски шрама под его ухом, следа какой-то давней битвы.
– Тогда идем? – Элайджа медленно поднимается, и жар его близости резко исчезает.
Я киваю с перехваченным горлом, а он оставляет на столике россыпь монет и отодвигает для меня стул.
Я слишком занята, поздравляя себя, наслаждаясь сытостью и предвкушением победы, чтобы заметить мужчин, следующих за нами по улицам Хейл-Харбора. Но когда мы доходим до уединенного проулка, из которого появились, и я беру Элайджу за руку, я вижу три фигуры, стоящие плечом к плечу, перекрывая и льющийся с улицы свет, и тень, в которую нам предстоит войти. Кровь леденеет в моих жилах. Мы выхватываем клинки.
– У вас есть кое-что, нужное нашему капитану, – хрипло говорит тип справа, переводя взгляд с ножа в моей руке на клинок Элайджи. – Можем решить вопрос по-хорошему, легко и просто. Но можем и по-плохому.