– Я знаю, но…
– На этот раз – никаких оправданий. Помни, ковен вне политики. Мы ни во что не вмешиваемся. Мы просто поддерживаем магию, традиции и обеспечиваем выживание и процветание ведьм и охотников. А значит, должны ублаготворять власть имущих. – Вздохнув, малефанта массирует кончиками пальцев виски. – Правящий совет требует от меня ежедневных отчетов о проделанной работе, Бриэлль. Ежедневных. Они хотят, чтобы монстр был захвачен, чтоподразумевает , что они желают изучить и осушить ее. И они щедро заплатили нам за доставку.
По спине Бриэлль бегут мурашки, и она сглатывает, прежде чем продолжить:
– Еще я видела Элайджу и Кадена.
– И?
– Элайджа, похоже, защищает ее.
Мал хмурится, поджимая губы.
– Думаешь, для тебя это будет проблемой?
– Нет. – Бриэлль качает головой. Она ничего не добьется. Ее приемная мать – будто стена, стена из стекла и металла. – Спасибо за то, что уделила мне время.
Бриэлль поднимается, собираясь уйти.
– Еще одно.
Охотница оборачивается, смотрит на мал.
– Да?
– Ничего не говори Лори. – Улыбка едва касается глаз малефанты. – Она еще не понимает, на какие жертвы должен идти ковен, чтобы выжить. Даже когда речь идет о семье.
Бриэлль коротко кивает и выскальзывает в коридор. Закрыв дверь, она тяжело вздыхает. Мысли путаются. Одно дело – осушать кровожадных монстров для своего ковена, и совсем другое – охотиться на существо, слишком похожее на человека.
– Ты вернулась! – восклицает знакомый голос.
Бриэлль поднимает взгляд и видит Лори, раскрасневшуюся, сияющую.
– Ты пропустила Показ, но все прошло нормально. Я сдала. На самом деле… – Она показывает пришпиленный к плечу скромный значок, тонкую золотую полоску на планке черного дереваю —…меня оценили.
– Поздравляю, – Бриэлль улыбается. – А Пеони и остальные?
– Все сдали, все прошли. В этом году никто не покинет ковен, слава богам. – Лори быстро моргает, и по ее лицу пробегает тень. Обе они знают, что значит для молодой ведьмы не завершить обучение. И что бывает с теми, кто остается в одиночестве, без ковена. – А я получила награду! Личную ванную и кабинет!
Бриэлль сжимает руку подруги.
– Я так рада за тебя, ты этого заслуживаешь.
– А ты? – Между бровей Лори залегает морщинка; девушка обращает наконец внимание на растрепанность Бриэлль и оглядывается через плечо. – Что, матушка напрягла тебя?
– Все в порядке. Я… Могу я тебя кое о чем спросить?
– Ну конечно.
– Монстры, на которых я охочусь, которых осушаю, – и магия, которой мы пользуемся… не знаю, я все больше и больше думаю о том, что именно делает чудовищ чудовищными.