Я закрыла глаза, позволяя Давиду Островскому делать со мной в моей голове всё, что ему вздумается.
И поверьте, фантазия у профессора психологии, очень богатая.
Глава 2
Будильник прозвенел в шесть тридцать.
Я открыла глаза и по привычке протянула руку на вторую половину кровати. Холодно. Пусто. Простынь даже не смята — Максим встал часа два назад.
Мой муж — жаворонок.
Патологический.
Он уезжает на работу ни свет ни заря, чтобы «избежать пробок» и «подготовиться к планерке».
Официальная версия звучит именно так.
Но иногда, лежа в остывшей постели, я думаю: может, он просто сбегает? Сбегает от утренней эрекции (которой у него почти не бывает), от моих попыток обнять его со спины, от самой возможности спонтанного секса?
Но знаете что? Я даже рада.
Утреннее одиночество — это мой маленький подарок судьбы. Это время, когда я принадлежу только себе.
Я встала, потянулась, чувствуя, как хрустнул позвоночник, и направилась в ванную. Заперла дверь на щеколду. Глупая привычка, учитывая, что в квартире никого нет, но паранойя — вещь упрямая.
Я открыла нижний ящик под раковиной, отодвинула в сторону запасные рулоны туалетной бумаги, коробку с порошком и достала Его.
Моего лучшего друга.
Моего спасителя.
Моего маленького, розового, силиконового любовника на батарейках.
Это уже второй.
Первый прожил у нас ровно три дня.
Год назад, в приступе откровенности, я предложила Максиму: «Давай попробуем что-то новое?».
Я достала красивую игрушку, которую купила в дорогом «бутике».
Реакция мужа была такой, будто я предложила принести в постель живую змею.
— Алиса, зачем нам этот пластик? — его лицо перекосило от брезгливости. — У нас что, проблемы? Я тебе не нужен? Это вульгарно.
Он выбросил его в мусоропровод тем же вечером. Молча. Как выбрасывают испорченные продукты.
С тех пор я поняла одно правило семейной жизни: хочешь быть счастливой — учись прятать улики.
Второй я купила тайком и спрятала там, куда Максим никогда не заглянет. Под раковиной, среди бытовой химии. Иронично, правда? Средство для прочистки труб и средство для прочистки мозгов в одном месте.
Я включила воду, настроив её погорячее, чтобы пар заполнил кабину. Шум воды заглушил тихое жужжание.
Я закрыла глаза, прижимаясь лбом к прохладному кафелю.
Тридцать два года. Замужем шесть лет. Кандидат наук. И вот я здесь, в семь утра, доставляю себе удовольствие, пока мой муж стоит в пробке на Садовом кольце.
Разрядка наступила быстро.
Яркая, острая, но какая-то… механическая.
Как таблетка от головной боли.
Помогло, но причину не вылечило.
Я выключила воду, спрятала «друга» обратно в его тайник и посмотрела в запотевшее зеркало.