Она посмотрела на меня с такой детской, обезоруживающей верой, что мне стало стыдно за свои мысли. «Надежный». «Джентльмен». Знала бы она, какие картинки сейчас рисует мой мозг.
Но отказать ей я не мог. Оставить её на улице? Отправить к подруге, где она будет выслушивать «я же говорила»? Нет. Я хотел забрать её. Спрятать. Укрыть.
— Хорошо. Поехали. Но чур, к мини-бару доступ только через меня.
Она улыбнулась.
— Договорились, шеф.
Глава 19
Мы сидели на полу.
Отель «Плаза» предоставлял своим гостям шикарные кресла и ортопедические матрасы, но мы почему-то выбрали ковролин. Бутылка «Macallan» стояла между нами, как пограничный столб, который уже никто не охранял.
Алиса вытянула ноги. Она уже не была той строгой учительницей, что влетела в лабораторию. Она была растрепанной, пьяной и невыносимо, до зубовного скрежета настоящей.
Она смотрела на меня. Точнее, не совсем на меня. Ее взгляд, чуть расфокусированный, блуждал где-то в районе моих коленей. Или рук?
— Вы случайно на пианино не играете? — вдруг спросила она.
Я усмехнулся, делая глоток.
— Нет. В детстве была скрипка, но это была трагедия для меня и для соседей. А что?
— Руки, — выдохнула она, и в этом слове было столько откровенного вожделения, что у меня пересохло в горле. — У вас, Давид Александрович… господи, у тебя… руки сексуальные. Просто неприлично.
Она потянулась и, к моему ужасу и восторгу, накрыла мою ладонь, лежащую на колене, своей.
— Это мой личный фетиш, — она пьяно хихикнула, поглаживая мои костяшки. — Ваши руки. С этими венами…
— Поэтому вы так на них постоянно смотрите? — спросил, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Хотя внутри меня в этот момент происходил термоядерный взрыв.
— Ага. Постоянно. На лекциях. В столовой. В машине… О, боже, в машине я думала, что сдохну.
Она вдруг подалась вперед, теряя равновесие, и мне пришлось придержать её за плечо.
— Знаешь, что я представляла? — зашептала она, глядя мне прямо в глаза. В её зрачках плескалось безумие. — Я представляла, как эти руки… вот эти самые пальцы… берут меня за горло. Или за волосы. И ты меня нагибаешь. Прямо на кафедре.
Я замер. Кровь ударила в голову, отдаваясь шумом в ушах.
Она говорила то, что я сам прокручивал в голове сотни раз. Но слышать это от неё, здесь, в полумраке номера…
— Алиса…
— Да пофиг! — перебила она, махнув рукой. — Какой же это пиз… ой, простите. Какой же это кошмар. Я же порядочная женщина, Давид! Я кандидат наук! А у меня в голове — порнохаб, категория «Hard». И в главной роли — ты. Весь такой недоступный, умный, в этом своем костюме… Сука!