Квартира Раевских дышала уютом. Каждая мелочь здесь была продумана так, чтобы создать идеальную обстановку для интеллектуальных встреч. В центре стояли кресла и диваны с мягкими спинками, теплый свет свечей отражался от шкафов, заполненных книгами в кожаных переплетах. Другие тома лежали на столах прямо среди чашек с кофе, и запах типографских страниц смешивался с ароматом пряного заморского напитка.
Гости уже собрались. Разделившись на небольшие группы они негромко беседовали. Среди многих уважаемых персон, Соня заметила нового губернатора Ивана Яковлевича Бухарина, Андрея Ивановича Меленского – главного архитектора Киева, историка Берлинского, поэта Олизара, нескольких профессоров киевской гимназии.
А вот кого она не ожидала здесь застать, так это Бессонова и Золотарева. Уж кто, а эти двое совсем не походили на любителей словесности. Впрочем, Бессоновым могла двигать ностальгия, а также желание узнать новости из Франции, ведь к Раевским приезжало много друзей из Европы. Что до Михаила Григорьевича, то он стоял у стены и в беседу не вступал.
Софья Алексеевна усадила графиню Петровскую на почетное место. Соне с компаньонкой досталась банкетка чуть позади.
— Прошу прощения, мне нужно встретить еще одного гостя, — сказала хозяйка и тихо удалилась.
Она вернулась в сопровождении высокого темноволосого мужчины. Сердце Сони гулко застучало едва он появился на пороге, словно узнало раньше, чем глаза увидели лицо.
— Оржеховский! — радостно воскликнул Антон Филиппович и раскрыл другу объятия.
Владимир направился к нему. Уверенно ступая по мягкому ковру, он шел как раз мимо Сони, когда вдруг вздрогнул и на секунду остановился, удивленно уставившись на девушку. Слегка улыбнувшись, он приветливо кивнул. Соня ответила тем же.
«Интересно, его невеста тоже здесь?..» — промелькнуло у нее в голове, и она быстро осмотрелась.
— Начинается! — шепнула Балавина, положив ладонь на руку девушки.
По знаку Раевской гости расселись по местам. В центр вышел Густав Олизар и, откашлявшись, открыл книгу. Его ровный и проникновенный голос заполнил комнату.
Сегодня представляли новую повесть Бестужева-Марлинского. Книга захватила Соню с первых строк. Перед ней замелькали туманные пейзажи, переулки мрачного города, лица героев. Она следовала за ними, чувствовала их радость и боль, страхи и надежды так же ясно, как если бы сама была героиней повести.
Внезапно что-то изменилось. Легкое, едва уловимое, но неотступное ощущение внимания, направленное на нее, ознобом пробежало по коже. Против воли Соня вынырнула из глубины повествования, подняла глаза и… встретилась взглядом с Оржеховским!