Настя понуро опустила плечи.
— Я пойду! — обреченно прошептала она.
Проводив сестру молящим взором, Соня не удержалась и снова прислонилась к стене.
***
Владимир шел вслед за Виртушинским. В плотной толпе они продвигались медленно: Алексея то и дело останавливали, чтобы поздороваться или спросить о здоровье матушки, Антуан не упускал возможности улыбнуться хорошенькой женщине. Обернувшись на вход в зал, Володя снова ослабил ворот рубашки и сделал глубокий вдох.
Он не заметил, как они подошли к небольшой группе женщин. Виртушинский внезапно отступил в сторону, и Володе открылась невероятная картина, едва не лишившая его равновесия. Перед ним, спрятав руки за спину и склонив голову, стояла девушка с того самого портрета! Володя даже моргнул несколько раз, чтобы убедиться, что не грезит наяву.
В жизни она была еще прекраснее. Художник, судя по всему, писал по памяти или с чужих слов, потому что и близко не передал очарование и теплоту барышни, которые притягивали даже сильнее, чем безупречные черты. Тонкие кудряшки обрамляли гладкое девичье лицо с нежной, словно молочные сливки, кожей, тронутой легким румянцем на щеках.
Наметанным взглядом Володя скользнул по ее фигуре, безошибочно угадывая, скрытые за складками ткани стройные формы.
Как он и предполагал, голубой цвет подчеркнул юность и свежесть барышни, а воздушные ткани придали ей еще большую хрупкость, так что можно было заподозрить, будто она не касается ступнями пола.
Словно ощутив его присутствие, она подняла на него блестящие карие глаза, и ее губы дрогнули в улыбке.
— Виктор! — беззвучно прошептала она, и подалась ему навстречу.
Но вдруг резко замерла, рассматривая его с недоумением, переходящим в испуг.
— Дамы, разрешите представить, Владимир Станиславович Оржеховский, — прозвучал сбоку голос Виртушинского. — Антон Филиппович же в представлении не нуждается!
— Наконец-то, хоть кто-то из Оржеховских обратил на нас внимание! — эхом отозвался женский голос.
Язвительный тон заставил Володю прийти в себя.
С трудом оторвав взгляд от девушки, он повернул голову и увидел рядом высокую рыжеволосую женщину, а также вездесущую баронессу Голишевскую в сопровождении виконта.
— Лидия Петровна Ковальская! — тут же отрекомендовал Алексей.
И поскольку купчиха не спешила представлять падчерицу, ему пришлось добавить:
— София Степановна Ковальская!
Володя не поверил собственным ушам. Неужели эта прекрасная сильфида и есть дочка купца Ковальского?! Он удивленно вскинулся на Виртушинского, но тот лишь многозначительно глянул в ответ.
Оржеховский в замешательстве снова уставился на девушку.