София попятилась и, чтобы избавиться от наваждения, поспешила выйти на улицу.
Она часто дышала, от чего перед лицом появлялись облака пара, в которых мерцали кристаллики льда.
Морозный пейзаж быстро остудил ее взбудораженный разум.
— Все в порядке? — прозвучал сзади голос Виртушинского.
Соня машинально кивнула и внезапно призналась:
— Я не знаю, что делать…
— Да ничего особенного… Пара умелых рук, хорошие материалы – и за месяц будет готово несколько комнат. Еще за один можно обустроить весь первый этаж. Вам двоим этого вполне хватит. Я могу договориться с Володей, чтобы он отсрочил переезд. Уверен, он согласится.
— Я не об этом… Все, чему меня учили, все, к чему вели… все рухнуло…
Алексей пристально посмотрел на девушку. Она редко откровенничала, оттого он с особым вниманием относился к таким моментам.
Он приблизился.
— Сонечка… Трагедии случаются, — произнес он тихо. — На этом жизнь не заканчивается!
— Как же мне быть?
— Просто жить дальше, — пожал он плечами.
— Да! Но как именно?!
Алексей вздохнул, понурив голову.
— Очевидно, тебе придется выйти замуж. Доля одинокой женщины тяжела и незавидна.
— Но Виктора Станиславовича больше нет!
София настолько свыклась с мыслью, что Виктор Оржеховский – ее жених, что даже и представить не могла никого другого на его месте.
— Неужели свет клином сошелся только на Викторе?! — проворчал Алексей. — Полным полно других мужчин! И даже более достойных!
Соня не отвечала.
— Он всегда был таким? — вдруг спросила она.
— Каким?
— Как на балу!
— Да, — с виноватым видом признался Виртушинский.
— Почему же вы мне не говорили?!
— Не хотел рушить твою мечту… Ты всегда отзывалась о нем, как о рыцаре без страха и упрека. Твои фантазии были чисты и невинны… Я не смог найти в себе сил, чтобы растоптать их…
— Они бы все равно разрушились… Рано или поздно… — обреченно пробормотала Соня.
— Поехали отсюда! — внезапно прервала их Лидия Петровна. — Здесь просто невыносимо!
Вихрем промчавшись мимо Сони и Виртушинского, она уселась в сани, ожидавшие их.
Соня оглянулась на дом и невольно вздрогнула. Пожалуй, если есть возможность избежать переезда сюда, она бы с радостью ею воспользовалась. В этих стенах хранилось слишком много болезненных воспоминаний.
Обратно на Липки возвращались в молчании.
Алексей Иванович довез женщин прямо до особняка. Прежде, чем уйти, он украдкой отвел Соню в сторону.
— Наверное, стоит написать бабушке?! — предложил он.
— Нет! — отрезала София. — Она отказалась от меня еще до рождения. Не надо заставлять ее делать это снова!
Той же ночью Соне приснился кошмар – она вновь заперта в горящей комнате, и ей никак из нее не выбраться.